Чтение онлайн

— Декстер, что вы делаете?

Через звериный «карцер», в котором я сейчас находился, в том числе прошло и немало хищников. Повсюду на стенах и полу сохранились следы, оставленные мощными когтями, клыками, шипами и даже ядовитыми щупальцами, выделяющими кислотную слизь.

Теперь же настал и мой черёд оставить после себя отметку. Хотя на самом деле я просто не нашёл себе другого занятия и потому яростно скрёб монеткой металлическую стену.

— Хочу оставить небольшое, но ёмкое послание, — не отвлекаясь ответил я.

— Кому?

— Не «кому», доктор, а «про кого»!

Я планировал, не стесняясь в выражениях, написать всё, что думал о бунтовщиках.

— А помимо мелкого вандализма собираетесь что-нибудь предпринимать?

— Собираюсь.

— Позволите поинтересоваться, что именно?

— Я ещё думаю над этим. Но даю слово, корабль верну и заставлю их пожалеть, что пошли против меня!

Но прежде чем получится всё исправить, мне было над чем поразмыслить. Просто так из заточения не сбежать. Со всех сторон меня окружали глухие металлические стены. Выйти можно было только через решётчатую дверь.

Однако её стальные прутья толщиной в несколько сантиметров нисколько не согнулись, даже когда в них тараном врезался двухтонный бронерог. Так что тут без шансов. И взламывать механические замки я тоже, к сожалению, не научился.

Собственно потому меня и посадили именно сюда, а не заперли в каюте. Подобный замок гарантировал, что я не сбегу. Старьё, но по-прежнему эффективное.

Впрочем, рано или поздно, им самим придётся меня выпустить. Не имея капитанского кода, много на моём корабле чужаки не налетают. А значит, им придётся периодически водить меня на мостик, чтобы сканировать отпечатки пальцев.

Не полноценная замена капитанского кода, но таким образом можно было обеспечить хотя бы урезанный доступ к некоторым системам корабля. Для перелётов в пределах небольшой звёздной системы этого будет вполне достаточно.

В один из таких моментов и придётся сбежать. Другого выбора нет.

— В древности, когда корабли ещё строили из дерева и бороздили они исключительно моря и океаны, зародилась примета, гласящая о том, что женщина на борту корабля — к беде.

— Очень познавательная история, доктор. Жаль, что теперь бесполезная. Вы слегка запоздали с рассказом.

Безоружная пленница сумела запудрить мозги команде, и в итоге они взбунтовались. Больше всего меня поражало, насколько легко ей это удалось. И главное, насколько тонко она сумела прочувствовать характеры остальных за столь короткое время, что провела с нами.

Я ведь в принципе не предполагал, что на корабле возможен мятеж. И уж тем более никогда не подумал бы, что в таком деле наёмница сделает ставку на кого-то кроме Грона. Это ведь здоровяк к ней неровно дышит, так какого дьявола она выбрала Ская!

Но стоит признать, что чем бы она ни руководствовалась, выбор оказался более чем оправдан. Дроид взбунтовался сам и запустил цепную реакцию среди остальных.

Вряд ли тот же Грон решился бы открыто поддержать девушку, если бы та сама его об этом попросила. А так как бунт устроил Скай, тот, кто совсем недавно вытащил его из психушки, это возымело нужный эффект. А там и Фло сразу же подтянулся за компанию.

Не менее умным шагом с её стороны стало то, что она нисколько не оспаривала капитанские амбиции Ская. Наоборот, Ниамея всячески поддерживала и поощряла его решения. Например, когда он назначил рыжего своим старшим помощником, наёмница даже аплодировала этому стоя.

Лестью и похвалой змея в девичьем облике каждому из них вскружила голову.

Отличный экипаж, ничего не скажешь. Воистину, психиатрическая лечебница Солис — это та ещё кузница кадров. Таких кадров, что плакать хочется.

— Подскажите, как лучше продолжить послание, — я наконец полностью выцарапал на стене имя дроида и теперь задумался, как его обозвать.

— Возможно слово «предатель» лучше всего отобразит суть вашего протеста?

— Как-то слишком официально, что ли. И слишком длинно. Если вы не заметили, я пишу от чистого сердца.

— Да, я заметил и оценил масштаб надписи, и предполагаемый размер вашей задумки.

— Что тут сказать, док, — я вытер со лба выступившие капли пота и отошёл на несколько шагов назад, любуясь результатами проделанной работы. — Я человек простой — если взялся писать о ком-то гадости, то напишу большими буквами. Иначе какой в этом смысл?

— Звучит по-философски, — улыбнулся старик.

В конце концов, я сделал выбор в пользу одного популярного матерного слова, оригинал которого или производные от него встречались на стенах и заборах практически во всех уголках галактики. Доходчиво, обидно и что самое главное коротко — всего четыре буквы.

— Док, вы говорите, говорите, я вас слушаю, — сквозь металлический скрежет, не отвлекаясь от работы, сказал я. — Что нового на корабле? Уже ведь сколько… часа четыре прошло?

— Почти семь, — поправил меня доктор. — Пока что ничего критического не произошло.

— Неужели новый старпом до сих пор не вскрыл контейнер с консервами?

Я отложил монетку, давая рукам немного отдохнуть. От постоянного напряжения затекла кисть и начали неметь пальцы.

— Время! — внезапно совсем рядом послышался грубый голос космодесантника.

Скай взялся наводить на корабле свои порядки. Похоже, теперь «зверинец» уже официально переквалифицировали в тюрьму со строгим графиком посещений.

— Да, да, конечно, уже иду, — испуганно встрепенулся старик. Он не заметил, как здоровяк подкрался со спины. — Только передам кое-что и сразу ухожу. Совсем из головы вылетело. Вот она старость.

С этими словами доктор запустил руку в карман пиджака и несколько секунд энергично обшаривал его, прежде чем достал пару леденцов, зажатых в кулаке.