Чтение онлайн

Огромная изогнутая стена приближается. Ее поверхность, словно внутренняя часть огромной духовки, покрыта обугленными твердыми пятнами. Я ищу отверстие, ведущее в трубу, нахожу его, — и там меня ждет девочка. Она снова парит в позе лотоса, которая названа в честь какого-то цветка.

Цветка, который рос на старой Земле.

Довольный собой (я знаю слова, я умею двигаться!), я отскакиваю от стен, расталкиваю объекты по пути к девочке, но она не обращает на меня внимания — похоже, ее насторожило нечто находящееся вне пределов видимости. Оно, кем бы оно ни было, издает странные звуки, словно царапает что-то, а затем начинает говорить. Голоса произносят непонятные мне слова. Я останавливаюсь, отправляя в полет белую керамическую плиту. Вращаясь, она звонко ударяется о другие объекты и отлетает, словно бильярдный шар.

— Бильярд, бильярд, — произношу я вслух. Блестяще! Все нужные слова стремительно возвращаются — как раз в тот момент, когда что-нибудь выйдет из трубы и убьет нас обоих.

Неодобрительно скривив бровь, девочка смотрит в мою сторону и, прижав палец к губам, кивает — словно мы оба прекрасно знаем, что делать дальше.

Я качаю головой: понятия не имею, что она задумала.

Голоса в трубе звучат все громче и настойчивей. Возможно, они зовут нас. Девочка выдавать себя не собирается, и поэтому я тоже помалкиваю. Я должен ей доверять, хотя и подозреваю, что в худшем случае она без колебаний пожертвует мной, использовав как щит или приманку.

Наступает продолжительная тишина — слышно лишь клацанье и шуршание летающих вокруг нас объектов.

Как ни странно, во мне вновь просыпается голод. Интересно, есть ли в том меховом существе съедобные части? Может, его убили, чтобы добыть пищу? Пусть кровь и отвратительна на вкус, но, быть может, все остальное съедобно? Если да, то почему в помещении нет охотников? На Корабле таких размеров — если это Корабль — должны быть тысячи таких, как мы с девочкой. Где толпы голодных людей, пытающихся выжить в этом хаосе?

Девочка указывает на отверстие, открывает рот, но я ничего не слышу. Затем до меня доходит.

Отверстие уменьшается. Весь мусор плывет в одном направлении — слева от нас. Мы тоже движемся. Скоро мы снова обретем вес. Вытянув руки и ноги, девочка ищет, от чего бы оттолкнуться. Я следую ее примеру, пытаюсь рассчитать траектории множества обломков. В поле зрения появляются новые тела — два из них человеческие. За ними тянутся длинные цепи из бронированных пластин — кажется, панцирей.

Все существа мертвы.

Кроме одного.

Должно быть, до сих пор оно сидело в дальней части помещения и прислушивалось. Я замечаю его в просветах, уменьшающихся по мере того, как спрессовывается мусор: изгибающееся, похожее на угря существо в несколько раз больше меня. Вдоль тела толстые каемки конечностей, сокращающихся в унисон. Огромная круглая пасть выталкивает из себя конусообразный «напильник», покрытый блестящими серебристыми зубами.

Меня и длинного «угря» разделяет мертвый черный чистильщик.

Девочка летит к отверстию, которое уже лишь немногим больше человеческого роста.

Заметив подходящую изогнутую балку, я отталкиваюсь от нее. Увы, она гораздо легче, чем мне казалось, и поэтому я едва ползу. До отверстия около десяти метров. Я, словно мельница, бешено размахиваю руками и ногами.

Тварь с огромной пастью попыталась оторвать кусок от шестиногого существа и теперь яростно содрогается внутри облачка из капель…

Похоже, чистильщик совсем невкусный.

В поле зрения вплывает большой плоский лист с зазубренными и расплавленными краями, и, чтобы добраться до него, я колочу руками по воздуху и даже бросаю какой-то мокрый кусок, чтобы увеличить свою скорость…

Этот кусок — отрезанная рука. Не важно.

Обвернувшись вокруг большого серого предмета, «угорь» внезапно выбрасывает вперед зубастый «напильник», из которого выскакивает щелкающий клюв. Лист уже почти в пределах досягаемости. Надеюсь, достаточно массивный, он подрагивает, поворачивается вдоль какой-то сложной оси — и затем, к счастью, закрывает меня от «угря».

Последний шанс. Вытянув ноги, я плотно упираюсь в край листа, изо всех сил отталкиваюсь и стрелой лечу к отверстию.

Лист отплывает, повинуясь недавно возникшей силе тяжести. В отверстие теперь можно лишь протиснуться…

Голодный, напуганный до безумия, я скольжу к нему — похоже, это самый безопасный вариант. Зубастая пасть и клюв уже близко!

Я чувствую кисло-сладкое дыхание твари…

Пролез! Я врезаюсь в противоположную стену трубы, пытаюсь нащупать исцарапанными коленями и ступнями хоть какой-нибудь выступ. Нужно убираться подальше, ведь я знаю, что за мной идет…

«Напильник» и голова влетают в отверстие. Клюв щелкает, зубы скрежещут, затем «напильник» включает задний ход и исчезает за пухлыми губами. Весь аппарат захлопывается. Верхняя часть тела твари, словно бич, изгибается в мою сторону. Я вижу девочку, а за ней других людей, но сейчас не до них — нужно убираться подальше от монстра.

Затем раздается ужасный звук — отверстие смыкается вокруг шеи существа. Тварь верещит, снова высовывает клюв и зубы; ее морда всего в ширине одной ладони от моей ноги…

Отверстие закрылось.

Рыло и кусок тела извиваются в трубе. Клюв откусывает кончик мизинца на ноге, и я вскрикиваю от боли. Меня накрывает облачко какой-то черной жидкости. Обессилев, я падаю на пол.

Сила тяжести возвращается, и мы скользим вдоль стенки трубы. Отрезанная зубастая голова движется вслед за мной. Я пинаю ее изо всех сил снова и снова.

Наконец она прекращает извиваться и щелкать клювом. Все кончено. Я жив, девочка в нескольких метрах от меня… а за ней, ухватив ее за руки, стоят трое взрослых. Поначалу мне кажется, что они похожи на меня, но это не так. Все застыли, словно ждут, что чудовище сейчас оживет. Однако зуборыл мертв — ему отрубило голову.

Хорошее слово — зуборыл.

Сюрпризам нет конца.

За девочкой в ряд стоят три высоких человека, закутанные в лохмотья и ленты. Люди разного цвета — один сине-черный и круглолицый, второй — бурый с красноватыми пятнышками, с приплюснутой головой. Третий — самый высокий и тощий, с бледно-розовой крапчатой кожей. На месте носа у него узловатый плоский гребень, тянущийся через пол-лица. А нос, похоже, у него на лбу.