Кодекс Крови. Книга VII

Друзья! Это СЕДЬМОЙ ТОМ, ПЕРВЫЙ вы можете начать читать по ссылке:

На изнанку мы выпали спустя пару секунд, ознаменовав приземление оглушительным треском льда. Убрав сперва каменную оболочку, а затем и ледяную, мы оказались на краю палящей пустыни. Веяло оттуда, как из печи, раздутой кузнечным горном. Мы все мгновенно покрылись испариной. Да, согреваться путём ускорения тока крови в организме мне приходилось, а вот остужаться… И здесь же меня накрыла мысль, что без прикрытия Комаро мне нельзя находиться на изнанке. Гости могут пожаловать из моего родного мира. И тогда жарко станет всем.

— Комаро, сможешь прикрыть?

Ответом мне была тишина. Я настолько привык к постоянной связи с Комаро, что сейчас мне стало неспокойно. Сколько у меня было времени до того момента, пока дюжина моих палачей найдёт меня и явится по мою душу? Не известно. Оставалось надеяться, что мы успеем уйти в свой мир раньше.

Перепад магического фона мы даже не заметили. Мне, да и эргам, изменение магического климата было глубоко индифферентно. В отличие от настоящих климатических условий. Тильда и Эон были водной стихии, поэтому жар близкой пустыни их не обрадовал.

— Лучше бы сюда огненных, — проворчала эрга. — Не хочу я быть осьминогом с запечённой корочкой.

Эон же ничего не сказал, лишь принялся раздеваться.

— О, кальмара копчёного заказывали? — хихикнула Тиль, но следила заинтересовано за действиями Эона. Эрг же аккуратно сложил одежду в вещмешок, оставив лишь обувь, и вдруг стал практически невидимым. Хотя невидимость — неверное слово. Он стал зеркальным.

— Дорогая, ты совершенно забываешь, что одни и те же способности можно использовать совершенно по-разному в разных ситуациях.

Тильда только чертыхнулась и принялась раздеваться, следуя примеру Эона. Сам эрг за это время успел накинуть на меня ледяную броню. Остальные эрги были менее чувствительны к зною, имея в активе такие стихии как земля и огонь. Воздушников среди нас не было, а Райо всё ещё не вернулся из путешествия с жар-птицей.

Когда все были готовы выходить, мы сверились с картой. На ней пунктиром была отмечена старая разрушенная дорога, ведущая к нужной нам точке выхода.

Дорога состояла из больших валунов, местами стёртых и расколовшихся от времени. Часть камней была вывернута и разбросана по окрестности. Такое ощущение, что кто-то целенаправленно уничтожал дорогу, делая зазоры между валунами всё шире и шире.

— Это не валуны, — прокомментировал земляной эрг, Карг, как он представился. — Это вершины каменных колонн, уходящих глубоко в песок. Часть из них лишилась вершины, но прекрасно сохранились внутри.

— Нарастить обратно сможешь?

— Смогу, но это потревожит песок, а провожатый вроде бы говорил, что тут есть твари, реагирующие на движение, — справедливо заметил он.

— Пятнадцать метров — это какой уровень? — услышал я голос Тильды.

— Четвёртый, граница пятого, — ответил голос Эона.

— Если это эрги, то они нас не тронут, а если нет, то мы все имеем уровень выше, чем они. Неужели не отобьёмся?

— Представь, что их десять, а ты одна, отобьёшься? — ответил вопросом на вопрос Эон.

Всё-таки Эон — на редкость здравомыслящее существо. Эрги задумались на какое-то время, но вскоре пришли к единому мнению, что лучше передвигаться по оставшимся фрагментам дороги, чем рисковать.

Так мы и сделали. И первая треть пути прошла сносно, несмотря на постоянно возобновляемый ледяной доспех и периодически создаваемые Эоном ледяные мостики между далеко расположенными камнями. Но нам не могло везти вечно. Это мы ясно прочувствовали, когда одна из колонн под нами вздрогнула, словно от удара.

Я выпустил дар и ощутил на глубине в несколько километров стайку тварей, по очереди ударяющих телом на скорости в колонну. Размеры тварей варьировались от десяти до двадцати метров. Малышей среди них не было. А ещё чётко прослеживалась командная работа при выполнении задачи.

— Они или разумны, или частично разумны, — описал я эргам собственные впечатления.

— Взять под контроль сможешь? — тут же отозвалась Тильда, зная о моих реальных возможностях.

— Сейчас попробую.

И вот вторым неприятным сюрпризом стала невозможность призвать моих комарих.

— На расстоянии не смогу, — пришлось признать очевидное. — Но если добудем кровь, то может быть!

Тем временем мы поспешили убраться с подозрительной колонны, следуя карте. Вот только толчки не только не прекратились, а стали ещё более сильными. Стая песочных червей преследовала нас по пятам, поднимаясь всё выше из глубины.

Я уже насчитал более трёх десятков особей. Кажется, они продолжали прибывать.

Мы ускорились, но камни всё сильнее содрогались от ударов. Некоторые из них уже ходили ходуном. Удержаться на скользком, отполированном временем и солнцем камне становилось всё сложнее, поэтому мы старались идти парами, чтобы страховать друг друга. Но всё же просчитались. Я услышал сдавленный писк и ругань Эона, а следом пески выстрелили десятком тварей, способных без проблем проглотить водонапорную башню.

Ксандра Тэймэй принарядила в цвета его «вновь обретённого» рода быстро. Даже не пришлось создавать новую одежду, всего лишь «перекрасить» её в серебро и чёрный. Как-никак Кёпеклери были серебряной ветвью правящей династии Османской империи. Курты из Волчьего рода признавали их почти равными себе, но к власти никогда бы не допустили.

Перед уходом из Санкт-Петербурга слуга рода Комариных вручил Ксандру тонкую папку с информацией по его роду. Зачем Михаилу понадобилось легализовывать Ксандра, охотник понимал с трудом, но и отказываться не стал. Если Кирана рассказала про их фиктивную помолвку, то логичным стало решение брата обеспечить жениха сестры хоть каким-то титулом, дабы он мог везде сопровождать ту.

Вот только почему был выбран такой влиятельный и богатый род, близкий к трону в соседней державе? Неужели ничего мельче не нашлось? В это Ксандр не верил. А теперь приходилось пожинать последствия.

Стоило ему появиться среди гостей вместе с Борзым, как на цвета его одежды стали обращать внимание и шёпотом обсуждать принадлежность к тому или иному роду. Ксандру было абсолютно всё равно, ровно до того момента, пока его чуткий слух не уловил вскользь оброненную фразу:

— А вы разве не знаете? Это Искандер Кёпеклери, сын Мурада Кёпеклери, санджакбея Трапезунда. Мурад прибыл сегодня на церемонию с целью найти и вернуть блудного сына на родину.