Шрифт:
Пролог
Челтнем, Англия, 1788 год
Две маленькие фигурки торопливо пересекали широкий луг, стремясь как можно быстрее оказаться под спасительной тенью деревьев. Бесконечные земли поместья лорда Гарретта были залиты светом полной луны. Сторонний наблюдатель, если бы таковой нашелся, был бы немало удивлен, узнав в одной из беглянок Тию, сестру молодого лорда, которой едва исполнилось семнадцать лет. Но именно в этом и состоял план.
Добравшись до рощи, Мэгги Браун, горничная и самая преданная служанка Тии, нервно хихикнула. Ее хозяйка вздохнула с облегчением. Возможность быть замеченной пугала ее. Она вздрагивала от каждого шороха, хотя по собственной воле пустилась в столь опасное (и, как ей казалось, романтическое) путешествие. План принадлежал лорду Рэндаллу, а потому, несомненно, был идеальным. Юная и впервые влюбившаяся, Тия полагала, что каждое слово, слетавшее с губ лорда Рэндалла, не подлежит сомнению. Она не задумываясь согласилась с предложением возлюбленного покинуть отчий дом и лишь в последний момент посвятила в свои планы Мэгги.
Горничная была на год младше Тии и намечающийся побег одобрила с восторгом. Правда, весь вечер она тряслась как осиновый лист и, с тех пор как девушки крадучись вышли из дома, непрерывно нервно хихикала. План побега, предложенный лордом Рэндаллом, она назвала «волнующим и романтичным», особенно в свете того, что семья Тии не одобряла се выбор. Горничная считала, что лорд Гарретт, брат Тии, и миссис Нортроп, ее мать, были несправедливы по отношению к избраннику хозяйки. И разве не сам лорд Гарретт пригласил мистера Рэндалла в поместье Гарретт-Мэнор?
И вот несколько часов назад Тия с волнением рассказала Мэгги о предстоящем побеге. С горящими глазами, прижав руки к груди, она заявила, что «просто умрет, если не выйдет замуж за любимого».
— Мама и Том просто не понимают глубины моих чувств! — восклицала Тия. — Они все еще считают меня ребенком, подумать только! Да даже если они согласятся благословить этот брак, нам придется ждать окончания весеннего сезона, чтобы официально объявить о помолвке. Больше полугода! Это меня убьет!
Мэгги согласно кивала, показывая, что разделяет чувства Тии.
— А еще они говорят, что лорд Рэндалл гораздо старше меня. И что с того? — Юная леди гордо вскинула голову.
Мать не раз пыталась образумить дочь, указывая ей на то, что состояние ее избранника намного меньше ее собственного и к тому же он известный повеса и мот. Но переубедить семнадцатилетнюю упрямицу было невозможно.
— Когда мама выходила замуж, она была всего на год старше меня! Кроме того, у папы была репутация отъявленного повесы, что не помешало ему стать образцовым супругом. Всем известно, что из повес выходят самые лучшие мужья! — говорила Тия, укладывая вещи в дорожную сумку. — Кстати, отец был на семнадцать лет старше своей невесты. Он наверняка бы одобрил мой выбор, если бы по собственной глупости не свалился с утеса вместе с лошадьми и упряжкой, когда выпил лишнего и поспорил, что сможет добраться до ближайшей гостиницы всего за полчаса. А позднее мама вышла за мистера Hopтропа, о котором говорили, что он соблазнил почти всех женщин высшего света. Ведь он тоже на пятнадцать лет старше ее!
Как она может после этого быть настолько несправедливой, чтобы запретить мне выйти за лорда Рэндалла? Это нечестно!
Мэгги складывала вещи в аккуратные стопки и согласно кивала. Убежденность Тии в том, что лорд Рэндалл — всего лишь жертва обстоятельств, постепенно передавалась и ей. Избранник юной Тии был хорош собой, и даже лорд Гарретт называл его своим другом. Однако репутация гостя намного обогнала его, и не успел он появиться в Гарретт-Мэнор, как о нем уже вовсю судачили на кухне. Но если горничную и беспокоила скандальная жизнь лорда Рэндалла, Тия сумела убедить ее, что скоро все изменится;
— Он обещал, что покончит с излишествами и со всеми своими интрижками, как только мы поженимся! Джентльмены часто ведут разгульную жизнь до брака. Взгляни на Тома: все знают, что он весьма искушен в карточных играх и выпивке. Кроме того, поговаривают, будто у него есть содержанка в Лондоне. Но я абсолютно уверена, что в будущем он остепенится, как и его отец!
Конечно, Тии не полагалось знать про любовницу брата, но ее сводная сестра Эдвина, обожавшая совать нос в каждую замочную скважину, слышала, как мама осуждала Тома за интрижку с актрисой из столичного театра. Разумеется, Эдвина не замедлила посвятить Тию в эту тайну.
— Как может мой брат осуждать лорда Рэндалла, если и сам ведет себя не лучше? Да и важно ли это, если мой любимый пообещал, что будет любить только меня?
Услышав этот вопрос, Мэгги хихикнула и снова закивала. Тогда ей казалось, что Тия совершенно права.
Теперь же, волоча чемоданы, непрестанно оглядываясь на темные окна особняка и ожидая погони и неминуемой расплаты, Мэгги растеряла большую часть своей уверенности. Едва поспевая за темной фигуркой госпожи, стремящейся как можно скорее оказаться в объятиях любимого, горничная все больше сомневалась. Сейчас она казалась себе гораздо старше и опытнее хозяйки, и ее снедало беспокойство. Лорду Рэндаллу, на свидание к которому спешила Тия, было уже тридцать три, и он был на целых двенадцать лет старше Тома, с которым так сдружился. Что могло объединять столь разных людей? Любовь к азартным играм, которую Том унаследовал от отца и которую так осуждала его мать? Разгульный образ жизни? Или что-то еще?
С другой стороны, это не имело значения, если лорд Рэндалл действительно влюбился в Тию. Все вокруг говорили о том, какие нежные взгляды он бросает на юную леди. Почему бы вдруг не случиться чуду, которое изменит знаменитого гуляку? И даже если мисс Тия ошиблась в своем выборе, разве могла она, Мэгги, предать свою хозяйку и отказаться сопровождать ее в опасном путешествии? Да она просто не способна на подобную подлость!
Ни одна из этих мыслей, изводивших Мэгги Браун, даже не промелькнула в головке влюбленной Тии. Она была слишком взволнована предстоящей встречей, чтобы вести себя благоразумно. Разве ее любовь не преодолеет любые преграды? Разве лорд Рэндалл — или Хоули, как он просил себя называть, — не предел мечтаний юной особы? Да и как не влюбиться в его серые глаза, темные густые волосы, широкие плечи и многообещающую улыбку? Да ей повезло, что такой красавец почтил ее своим вниманием! Безусловно, она — счастливейшая из девушек!
Меж тем деревья расступились, и дорога стала шире. В какой-то сотне метров, у густого кустарника, отчетливо виднелся силуэт мужчины и экипаж, запряженный двумя лошадьми. Лорд Рэндалл, в элегантном пальто и с вожжами в руках, нетерпеливо вглядывался в рощу. Заметив знакомую фигуру, он бросился ей навстречу. Тия, в накидке из бордового бархата, с парой шляпных коробок в руках, смущенно улыбнулась и ускорила шаг.
— Дорогая моя! — воскликнул мужчина, прижимая Тию к груди, а затем поцеловал в губы. Поцелуй оказался куда более смелым, чем те, что он позволял себе прежде. Девушка вспыхнула от смущения. — Я так волновался! Мне казалось, ты можешь передумать.
— Что ты! Я ни за что не изменила бы свое решение! — горячо запротестовала Тия. — Я ведь обещала прийти.
Серые глаза ее возлюбленного блеснули во тьме.
— Значит, я волновался напрасно. Но поверь, — он театрально взмахнул руками, — я не стал бы винить тебя в малодушии: пойти наперекор воле матери — поступок не из легких. Если бы ты решила, что я тебе не пара, я бы принял это безропотно. — Лорд Рэндалл на секунду отвел глаза, а затем продолжил не менее страстно: — О, какой я самовлюбленный эгоист! Ты стольким рискуешь! Без сомнения, мне не стоило толкать тебя на этот безрассудный поступок. Ведь, убежав со мной, ты должна будешь оставить позади все, что тебе дорого!