Чтение онлайн

Автомобиль вырвался из каменной траншеи переулка — весь чуточку тонированный пылью, рубленых свирепых очертаний, сливающегося с трущобами грязно-зеленого цвета, словом — истинно уродский транспорт обитателей дна Города с претензией на грубый шик: сварные подножки, бамперы-трубы, орел на капоте. Бывают тачки и похлеще, что ездят совсем без правил, — а кому по карману, ставят комп в панель, чтоб пользоваться картами бесконтрольных зон. Так разъезжают и городские партизаны — в обход следящих телекамер.

Полиция? Христос с вами, откуда она в северном Гриннине, у самой Левой Реки? Она на магистралях, а чуть в сторону—и вы на территории свободы. Вот на глухой стене рисунок высотой в два роста — ThunderWheel, Громовое Колесо, знак Фронта Нации. Те ребята, что намалевали это, тоже могут пригодиться; они верят, что правительство продает Федерацию пришельцам — и наши заводы, и наши недра, и наших женщин. Темный был непоколебимо убежден, что все люди приближают Главный Бунт, дело всей его жизни. Одни множат злобу, наживаясь и обирая, другие — растлевая и сводя с ума, третьи — избивая в полицейских участках, и, чем больше они давят, врут и измываются, тем сильнее жажда бунта.

Кто осмелел настолько, что рисует ThunderWheel, звезду Партии или глаза Туанского Гостя, — тот начал готовиться к свержению Системы.

Темный глядел на проносящиеся стены с угрожающими граффити — и словно слышал неровный, тревожный пульс районов, где копились силы его будущего воинства.

Есть шанс вовлечь в свою войну и киборгов с их «отцами»-командирами.

Вслед за Аданом и Сиду пришлось признать, что навыками электронной конспирации баншеры владеют очень и очень неплохо. Видеозапись, пришедшая пакетом на трэк Хиллари, оставила на пути к цели короткий и неясный след; может, Селена смогла бы прочитать его от начала — но как раз ей и посвящалась запись.

Сид въелся в экран, просматривая фильм то в замедлении, то фрагментами; Хиллари помалкивал — не время говорить, когда за дело взялся профи. Но кое-что Хиллари отмечал про себя и, когда Сид насытился просмотром, сказал:

— Этот шум, который повторяется, — похоже на рельсовый поезд…

— Он и есть, — кивнул Сид, — кадры с шумом не разорваны, хотя снимали четырьмя эпизодами. Анализ уточнит тип поезда, скорость, интервалы в движении и удаление от микрофона, но я могу сказать заранее, что поезд — пассажирский; он часто ходит, и вагонов в нем немного.

— Снимали глазом киборга, — прибавил Хиллари; это он мог утверждать как спец, — из положения стоя.

— Ее содержат в сквоте, — вслух размышлял Сид, — находящемся прямо у железнодорожной эстакады. Звон избавился от фургона рядом с Поганищем, там сквотов множество… Они связаны Селеной, плюс у них на руках киборг с разбитой ногой — они немобильны. Скорей всего, там они и останутся.

— Почему — в сквоте?

— Так близко к дому строить эстакаду можно, только если дом нежилой. Интерьер характерный — обои содраны, проводка вырвана, пол — как мостовая, без покрытия. Освещение только естественное — кстати, и оно поможет нам. Угол падения прямого солнечного света — с учетом времени суток — показывает, куда выходят окна и что нет затенения с восточной стороны. Это уже немало… Но главное — то, что сказала Селена в записи.

Хиллари прокрутил в уме ее слова. Заверения в том, что она здорова и цела. Заученные под диктовку требования освободить Фердинанда и оставить в покое «семью». Селена храбрилась и держалась молодцом, но вряд ли она хорошо провела ночь — тени под глазами стали гуще, улыбалась она нервно, движения были одновременно и скованными, и порывистыми… А слова? Что привлекло внимание Сида?..

— Они не дураки, эти киборги, — Сид подставил руку, и пружина вытолкнула кассету на ладонь. — Но она умней. Она системщица; специфики ее работы и терминологии они не знают. И похищениями баншеры не занимались, иначе бы они не наделали столько ошибок.

— «Это, фе-фе, организация серьезная», — проговорил Хиллари на память клок из речи Селены. Вроде бы она фыркнула в насмешку. Вроде бы. Для посторонних это так и прозвучало.

— Вот именно — фе-фе. FF. Рубеж поиска. А поиск «семей» велся в границах кордонов внутри Города. Значит, она видела предупреждающие знаки рядом с местом, где ее прячут. Далее…

— Погоди, — Хиллари наморщил лоб. — Погоди… «Они не верят в то, что Фердинанда захватили нии… не по твоему приказу».

— Ни-а, — подправляя, протянул Сид. — Ни-а — и пауза. NIA. Если я верно помню шифры оперативной военно-полевой связи…

— …это означает частично разрушенное гражданское строение, где может укрываться противник.

— Точно так. Сель служила в Вангере и, в частности, обеспечивала машинную поддержку частей планетарной пехоты; она знает их кодовую таблицу. Итак, место съемки нам известно — сквот с разрушениями у рельсовой эстакады, рядом с кордоном. Дай мне три дня, твоих серых ребятишек — тех, что заперты в дивизионе, — и нам не понадобится помощь А'Райхала…

— …Хил, когда проект разгонят, я замолвлю за тебя словечко в безопаске Айрэн-Фотрис, — сказал Сид, исчезая с кассетой в кармане. — Если нажать как следует, должность старшего офицера тебе гарантирована. Задатки у тебя есть, ты быстро выслужишься до полковника…

Предложения отца, Эрлы, место в BIC, место у Дагласа — а теперь еще одна вакансия прибавилась; Хиллари окончательно поверил, что не пропадет ни при каком раскладе.

«Она не растерялась, сохранила самообладание!.. — с почти любовной теплотой думал о Селене Хиллари, направляясь к себе. — Я дам ей неделю… две на отдых сверх того, что ей назначит Нанджу. Она заслужила, видит бог!..» Впрочем, заслугу в глазах Хиллари приобрел и Сид, согласившись помолчать об «Архилуке», хотя ему, чьей стихией были тайность и секретность, это далось легче, чем прямолинейному службисту Чаку.

Дистант попятился, уступая путь шефу; Пальмер закончил очередной сеанс работы с Маской и ждал, пока нахмуренная кукла застегнет комбинезон. Маска, более чем строго относившаяся к наготе при посторонних, поспешила одеться, не сводя взгляда исподлобья с ненавистного Хармона. Пристально следивший за ней чьими-то глазами дистант бочком переместился кукле за спину и протянул клешни.

— Ну-с, что тут у нас?

— Чтоб те муха села в глаз, — криво скорчилась Маска, показав язык; гримаса была тем гаже, что контракторы, отвечавшие за мимику, работали после снятия скальпа еще не с полной координацией. — Сволочь, выкидыш крысиный… — звучно щелкнули наручники, и Маска попыталась лягнуть дистанта пяткой. — Ты дерьмо, Хармон! Ты поганая мокрица!