Шрифт:
Часть первая
ВРЕМЯ ГОВОРИТЬ
Дневник
Два месяца. Много это или мало? – спрашивал я сам себя. И сам же себе отвечал – когда как. Если это отпуск, круиз – то они пролетят незаметно, растают в череде дней, просочатся сквозь пальцы, словно мелкий речной песок. Если же это два месяца, оставшиеся до Нового года, до дня рождения, до вручения премии или до выхода из больницы, – то время будет еле ползти, словно издеваясь над тобой. Что такое два месяца? Если ты работаешь – всего две зарплаты, восемь выходных, полсотни чашек утреннего кофе, похожих друг на друга как близнецы. Дни выстреливают в прошлое очередью, по семь в обойме. Если ты сидишь дома, плюешь в потолок и бездельничаешь, то эти два месяца могут превратиться для тебя в тюремный срок, а твоя комната – в темницу.
Два месяца. Именно столько я прожил без Астрала, в тишине и покое. Это было странное время. Для меня оно растянулось едва ли не на два года. Оно пролегло глубоким рвом между прошлым и настоящим, разделяя жизнь на две половины – до и после. Война с альвионцами стала для меня точкой отсчета, с которой началось после. Я изменился. И дни были похожи один на другой, и ночи все были душными и бессонными. Однако я прожил эти два месяца, переболел их, прошел, как проходят трудный, но необходимый путь. Я пил их, как нужное лекарство, я ел их, как больные едят больничный суп. И – победил.
Два месяца я спал и видел сны, где время то замедлялось, то летело стрелой. Проснулся я тогда, когда пришла осень. Я люблю осень. Вернее, самое ее начало – когда деревья только-только начинают одеваться в желтые плащи, а ветры несут земле прохладу и влагу. Это удивительное время. Мир готовится ко сну. Но не к вечному, нет. Все в природе говорит о том, что настала пора отдохнуть. Что лето прошло, пролетело ураганом и теперь пора подвести итоги, подсчитать растраченное и оглянуться, оценивая пройденный путь.
В один из таких дней я это сделал. Оглянулся, посмотрел на те два месяца, что провел без Астрала, и сел за дневник. Он будет моей бухгалтерской ведомостью, отчетом, докладной запиской самому себе. Я должен отчитаться перед самим собой в том, на что я потратил эти два месяца, на что и как. И каков итоговый баланс радости и печали.
Раньше, начиная дневник, я думал, что привожу мысли в порядок, что так мне будет легче разобраться в самом себе. Верно, дневник действительно помогал мне в этом. Потом я воспринимал дневник как собеседника. Это тоже было верно, но лишь наполовину. Сейчас я понял еще кое-что, изменившее мое отношение к дневнику. Теперь я знаю, что дневник мой друг. Да, каждому из нас нужны друзья. Такие, которые выслушают не перебивая, внимательно и строго. И вынесут вердикт. Так сложилось, что у меня друзей нет. Много знакомых, приятелей, товарищей – а вот друзей нет. Мне не с кем поговорить. Изливая душу другу, ты чувствуешь себя лучше. Выговорившись, ты ощущаешь облегчение и успокаиваешься. Ведь ты делишься с ним проблемами, перекладываешь часть груза на чужие плечи и, конечно, испытываешь облегчение. Такого друга, с которым я мог бы поделиться своей ношей, у меня не было. И им стал дневник.
Выплескивая размышления на чистый лист бумаги, делясь с ним горестями и печалями, доверяя ему сокровенные мысли, я опять же успокаиваюсь. Кажется, это один из приемов психотерапии, не так ли?
И нет ничего удивительного в том, что, когда мне надо было подвести итоги метаний, я вновь обратился к дневнику.
Первым делом я разыскал предыдущие записи. Кое-что пропало, кое-что забылось, но основная часть архивов сохранилась. Правда, много пробелов в самом начале. Эти записи я делал, едва только начав выходить в Астрал. Тогда дневник еще не был для меня другом, и по большому счету я просто марал бумагу от нечего делать. К тому же тогда я еще не додумался хранить дневники на серверах в Интернете. В результате многие записи были потеряны. А ведь это было весьма занимательное время. Прямо не верится, что все началось всего три с половиной года назад. Иногда мне кажется, что с той поры прошло полвека.
Тогда я, молодой бездельник и раздолбай, открыл в себе удивительные силы – жизненную энергию. Магию. Я стал развивать эти силы, экспериментируя с энергией, и в итоге попал в Астрал – удивительную магическую реальность, окружавшую нашу реальность. Астрал был вторым миром Земли. В нем было возможно все – магия, колдовство, исполнение любых желаний. Стоило только пожелать чего-либо, и услужливая магия выполняла эти пожелания. Были бы только силы. А они у меня были. Разбирая дневники, где описывались события тех дней, я был поражен, насколько же неряшливо мыслил и писал. Да, конечно, я был молод и горяч, но все-таки следовало быть аккуратнее. Некоторые строки, а порой и целые абзацы я теперь просто не мог понять. То есть буквы знакомые, слова понятны, но о чем идет речь, что я хотел сказать – вопрос. Теперь я пишу аккуратно, стараясь каждую мысль разъяснить другу-дневнику. Не то чтобы я стал умнее и образованнее, вовсе нет. Наверно, стал взрослее. Аккуратнее и осторожнее.
А тогда я был чертовски небрежен и самоуверен, причем без всяких на то оснований. Получив в свое распоряжение силы Астрала – весьма скромные по сравнению с нынешними, я решил, что мне все по плечу. Я пустился на поиски приключений и, конечно, нашел их – на свою задницу, как принято выражаться. Савалет, маг из параллельной реальности Альвион, обманом захватил мое тело, а сознание вышвырнул в Астрал. Строго говоря, я должен был умереть, исчезнуть, раствориться в Астрале… Но этого не произошло – Савалет немного недооценил меня.
Два года я болтался по Астралу в облике бестелесного призрака, представляя собой голую энергию, наделенную сознанием. Тогда у меня было лишь одно желание – вернуться. Найти свое тело и снова очутиться дома. Тут в моих записях был огромный пробел. Еще бы, мне не на чем было писать. К тому же я плохо помню большую часть скитаний – некоторое время я был почти невменяем. Потом, когда у меня появилась возможность записать приключения, я не стал этого делать. Мне было тяжело вспоминать о том, что произошло со мной в Астрале. Большинство этих воспоминаний причиняло мне боль.
За время странствий я узнал много нового. Астрал оказался велик. Пара десятков известных миров, в каждом из которых процветала магия, – вот какой мир мне открылся. Астрал же, словно космос, заполнял пустоты между мирами, служил и границей, и источником магии, и средством связи между мирами, и местом для битв. Астрал был всем. Именно тогда, во время моих скитаний, я многое узнал о магии и об Астрале. Я стал настоящим магом. Правда, бестелесным. Тогда же я познакомился с целым семейством магов, которые многому научили меня. Они и показали мне тайный источник – сосредоточение энергии, из которого маг мог черпать силы. Источников в Астрале было много, но таких, как этот, единицы. О них знали немногие, ведь источник такого уровня мог сделать мага практически непобедимым. То, что мне открыли местоположение такого источника, – большая честь и редкая удача. Мне было оказано наивысшее доверие, я стал почти членом семьи.
А потом они погибли. Все до единого. В реальности, в их реальном мире, шла война. На родовой замок приютившей меня семьи напал сосед-агрессор и вырезал всех его обитателей. Я же болтался в Астрале бестелесным духом и ничем не мог им помочь, а мог только смотреть, как моя новая семья погибает. После бойни я бежал прочь от этой реальности. Поэтому неудивительно, что в моих дневниках не было никаких записей о моих астральных скитаниях. Тогда я потерял себя, был невменяем. Мне всегда слишком тяжело было вспоминать об этом эпизоде. Хватит. Я и так слишком углубился в тяжелые воспоминания.