Чтение онлайн

— Простите, не вы ли будете Анастасией Иннокентьевной? — вежливо поинтересовался Платон Коромыслов.

— Я самая. А вот мой Бантик, — и она ласково потрепала поросенка за ушко.

Платон пригласил Анастасию Иннокентьевну в летнее кафе.

— Можно узнать, откуда вы приехали в наш город?

— Оттуда, с архипелага Шпицберген, — старушка неопределенно махнула рукой.

В этот момент сержант отпивал сок из бокала и чуть не поперхнулся. «Не всякий мужчина отважится на путешествие в столь суровые края, — подумал Платон и взглянул с любопытством на свою новую знакомую — брови выщипаны, запястье правой руки отягощал массивный браслет. — Она не похожа на эскимоску». Старушка словно прочитала его мысль и вдруг сказала:

— Если вас удивляет мое прежнее место жительство, то должна сказать, что с юности я обожаю путешествовать. Ну, показывайте же свои пуговицы! — прибавила нетерпеливо.

Поросенок хрюкнул, словно вторя хозяйке. Платон принялся вынимать из саквояжа пуговицы, чтобы затем разложить на столике. Демонстрапия каждого экспоната сопровождалась краткой репликой. Например, сержант говорил:

— Эта пуговица, выточенная из слоновой кости, украшала костюм пажа при дворе французского короля Людовика 14. А вот эти, отливающие перламутром, носили дамы высшего света в Австрийском герцогстве в конце 18 века.

Анастасия Иннокентьевна оглядывала экспонаты без видимого интереса.

— Вам, случайно, не попадалась на глаза пуговица, выполненная из снега? — наконец спросила она.

— Из чего? — не расслышал сержант.

— Из снега, — уточнила старушка. — И такие необыкновенные пуговицы тоже бывают.

— Я бы многим пожертвовал, чтобы хоть краем глаза взглянуть нам нее, — признался коллекционер. — Если, конечно, вы не шутите.

— Какие могут быть шутки! — обиженно фыркнула старушенция. — Существует снег, который не тает. И нетающий лед, на котором можно летать…

— Если столь сенсационный экспонат окажется вдруг в моем распоряжении, обещаю сообщить об этом в службу новостей телевидения!

— Но прежде известите меня, — смиренно попросила Анастасия Иннокентьевна.

Она забрала все пуговицы, предложенные ей, поблагодарила за подарок, после чего Платон проводил ее на пристань, где посадил на речной трамвай.

Ровно в девять часов вечера сержант стоял на углу кинотеатра «Победа» и отпивал из стаканчика кока-колу, размышляя о том, выполнит ли Фотоглаз новую команду, заложенную в его компьютер. Сержант уже не сомневался, что Фотоглаз являлся не человеком, а биороботом. До истечения назначенного времени оставалась одна минута. Неожиданно из-за угла дома напротив выбежал спортсмен в алой вязаной шапочке, трико и кроссовках. Шапочка была натянута почти по самые уши, так что сержант не сразу узнал того, кого ожидал. Когда Фотоглаз подбежал, то замер как вкопанный. Ни единой капельки пота не выступило на его щеках.

— Не желаешь освежиться? — не без доли юмора поинтересовался Платон Коромыслов и озорно кивнул в сторону автомата по продаже кока-колы.

Фотоглаз не проронил ни звука. Тогда Платон слегка коснулся пальцем кольца в его ноздре, после чего Фотоглаз наконец-то изобразил некое подобие вздоха, встряхнул головой и прищурил свой единственный глаз.

— Проводи меня к мадам Айс, — попросил сержант.

— На подобного рода запросы моя программа не отвечает, — последовал лаконичный ответ.

— Тогда почему ты не забыл явиться сюда, на встречу со мной?

— Ваш запрос включен в мою базу данных.

— Сделай одолжение, — сообщи код доступа, — рискнул сержант.

Фотоглаз произнес скороговоркой:

— Программа зависла и не отвечает на системные запросы, — после чего поник головой.

Сержанту пришлось снова коснуться серьги, чтобы привести его в чувство.

— Пожалуйста, ответь, — кому ты принадлежишь? Кто тебя «загрузил» и «настроил»?

— Данный вопрос находится вне пределов моей компетенции.

— Ладно. Тогда скажи, куда ты направишься после встречи со мной?

— Сегодня 14 июля. Мое время расписано по минутам. В соответствии с программной установкой, наша встреча не должна длиться более трех минут, после чего я приступлю к выполнению следующей задачи, — сухо ответил биоробот.

Коромыслов был вынужден признать, что ему удалось, скорей всего, случайно заложить в процессор Фотоглаза установку на эту встречу.

— Что ж, до следующего четверга, — попрощался сержант.

Но Фотоглаз уже не слышал этих слов — он убегал трусцой в направлении близлежащих дворов, так и не прояснив ряд волновавших сержанта вопросов. Прежде всего, кто такая мадам Айс? Зачем ей понадобилась какая-то пуговица? Как ей удалось заполучить в подчинение столь замечательного биоробота? Чтобы попытаться прояснить истину, необходимо было проследить за Фотоглазом. Вот почему в следующий четверг сержант поджидал биоробота на углу кинотеатра «Победа», уже одетый в спортивную форму и обутый в кроссовки.

— Хочу пробежаться с тобой! Померимся силами! — бросил он дерзкий вызов Фотоглазу.

Тот никак не отреагировал. Вдвоем они прибежали на городской стадион, причем Фотоглазу не требовалось посматривать на часы — каждое упражнение он выполнял в строгом соответствии с заданной программой.

— В котором часу у тебя отбой? — поинтересовался запыхавшийся сержант.

— Сегодня ровно в полночь, — последовал лаконичный ответ.

Цель сержанта состояла в том, чтобы выяснить, где биоробот проводит ночь. Поэтому Коромыслов вслед за Фотоглазом прибежал на юго-западную окраину города, где возвышались корпуса недостроенного железобетонного завода. Изрядно вымотанный милиционер успел заметить, как, оторвавшись от своего преследователя, Фотоглаз прошмыгнул в цех и задвинул за собой двери металлического контейнера. Вероятно, здесь находилась его ночлежка. Сколько же времени потребуется Фотоглазу для восстановления сил? В следующий раз сержант оделся теплей и ближе к полуночи явился в цех. Однако контейнер оказался пустым. Тем не менее, сержант приготовился ждать. Он предположил, что время отбоя биоробота может изменяться в зависимости от условий выполнения ежедневной программы, и не ошибся. Фотоглаз появился на территории завода во втором часу ночи, чтобы без промедления прошмыгнуть в контейнер.

Коромыслову пришлось просидеть всю ночь на россыпи щебня. Наконец лязгнул внутренний засов, из контейнера выбрался Фотоглаз, — в берете, кожаной куртке и джинсах. Пол-лица прятала уже не повязка, а солнцезащитные очки. Стараясь остаться незамеченным, сержант последовал за ним в город. Вскоре выяснилось, что Фотоглаз направляется прямиком к модному галантерейному магазину. Из зеркальных дверей магазина он вышел, навьюченный ранцем и с двумя сумками, содержимое которых не представляло секрета. В магазине поднялись суматоха и паника. Так неожиданно Платон Коромыслов стал свидетелем ограбления, исполнитель которого являлся послушным орудием заказчика. Милиционер продолжил преследование. Фотоглаз развил приличную скорость. Сержант едва ли не бегом с трудом поспевал за ним и все же проигрывал игру «в догонялки». Расстояние между ними неумолимо увеличивалось. Коромыслов успел увидеть, как Фотоглаз сбежал по сходням на палубу речного трамвая, — катер отдал швартовы и медленно отчалил. Так закончилось преследование, поначалу сулившее успех.

Описываемые события происходили в середине лета. В садах наливались соком яблоки, клонились тяжелые колосья пшеницы на полях. Стояла невыносимая жара, и вдруг резко похолодало. С северо-запада подули ледяные ветры и принесли с собой свинцовые тучи. Полили дожди, а на площади перед зданием управления милиции выпал град. Резкая перемена погоды почему-то сильно встревожила Анастасию Иннокентьевну. Она прислала сержанту электронное послание с просьбой о незамедлительной встрече.