Чтение онлайн

В голове моей окончательно сложилась картинка. Батя изначально не догадывался кто мы и почему пришли. Просто думал, что очередная группа клонов как-то разузнала, что они клоны, а потому вёл себя по стандартному протоколу. Когда я сказал ему «рассказывай», то был уверен, что он узнал меня в лицо. А оказалось он нас только в «инфе» по меткам видит. Потому он и начал тогда на меня орать у кабинета Мариванны — не узнал. Не обознался от усталости, а без инфы клонов не различает вообще. В памяти всплыли ещё десятки мелочей, которые теперь стали понятны и очевидны.

Знал бы капитан Белецкий кто к нему пожаловал он бы «тревожную кнопку» с газом сразу бы использовал, не раздумывая и не отыгрывая представления, говорить бы точно не стал. Это, конечно, ему бы не помогло, так как:

– Ты наверное закладку в левой пятке имел ввиду?
– заулыбался Мёд, прерывая затянувшееся ожидание.
– Я так и понял, что аварийка какая-то новая. Передача данных напрямую по квантовой запутанности, без использования инфы? Нам такие на учениях не преподавали. Выключить невозможно, вынуть тоже. Срабатывает небось на напряжение мышц в определённой последовательности? Так она у тебя отказала, Бать. Сам глянь.

Медведь опустил взгляд под ноги и нервно сглотнул. Бедро туго стягивает медицинский жгут, вокруг него пять мелких игл испускающих трип спец-анальгетика, который создаёт ощущение, будто с ногой всё в порядке. А ниже колена икры небрежно изрезаны виброножом, и судя по виду работал сумасшедший мясник. Мышцы развалились «розочкой» вокруг ступни, а держатся только на лоскутах кожи. Местами проглядывают оголённые кости. Лужа крови уже растянулась на метр в диаметре.

– Вы вообще е...!?
– дальше повалили такие ругательства, а лицо капитана так перекосило, что я аж непроизвольно поёжился. Не по себе стало.

Медведь забился, будто включенный в розетку, и громко взвыл, хотел встать вместе с креслом, но не получилось. Вторая нога тоже не слушалась, обколотая иглами того же анальгетика. Чтобы прекратить истерику, я съездил Медведю по физиономии, без замаха, совсем легко. Правда, из его рта всё-равно вылетело несколько зубов, а нижнюю губу размазало. Но я не старался, честно.

– Прекращай, Мишаня, - ещё пару раз легонько похлопал его по щеке.
– Мы же твоя лучшая группа, сам понимаешь.

Кого-кого, а командира роты ДГ никто бы не смог упрекнуть в трусости. Медведь, это Медведь. Скала. Не может его истерика быть настоящей. Он для этого слишком крут. Никогда не отступит, если есть хоть малейший шанс победить. Просто он ещё не окончательно осознал, что перед ним именно мы — Клоуны, и что схватка уже проиграна. Хотел верить, что недоразумение или какая-то другая группа. Но убедившись, всё-таки сдулся, понял, что жизнь дороже пары сбежавших клонов.

– Блинкер мне в зад, - Батя обречённо выдохнул, и с холодным спокойствием выдавил из себя: - Ладно. Буду сотрудничать, если пообещаете оставить в живых. Слово офицера.

– Не врёт, - подтвердил Трикс.

Дальнейший разговор затянулся на несколько часов. Батя информацию особо не скрывал, юлить не пытался, да и вообще был удивительно спокоен. Похоже не верил, что мы способны сбежать с базы, а значит и никому ничего не расскажем. А свою жизнь он уже вроде как выторговал.

Выяснилось, что федерация штампует клонов последнюю сотню лет. Не столько для использования в боевых операциях, хотя и это тоже солидный профит, сколько для выращивания имплантов и разработок новых геномов. Откармливают нас, как рогатый скот, а когда приходит время — всех на убой. Такова жизнь — ничего личного. Тех кто догадался о своей участи вырезают нещадно, а то некоторые когда-то умудрились даже восстание поднять. После того случая с клонами стало намного строже.

Впрочем, раскрытия и сейчас не редкость, а в последнее время ещё и участились, поскольку новые импланты предоставляют бойцам слишком много дополнительных возможностей. Поэтому каждый раз когда какая-либо группа или хотя бы один из её членов резко «взлетает» - их дело закрывают превентивно. То есть бойцов ликвидируют, а импланты... Что происходит дальше с имплантами Батя не очень представлял, не его зона ответственности.

Под конец мы пытались выведать как лучше удрать с Земли. Но тут Батя только пожал плечами и заявил, что все возможности давно выяснены, изучены и устранены. Мы, конечно, можем немного побегать по «Мармеладке», вырваться в город, да даже в пригород или территории, но рано или поздно нас схватят. Причём схватят наши же бывшие сослуживцы, поскольку мы будем объявлены вне закона. Для этого разработаны тысячи сценариев.

– Почтовые корветы, - вдруг осенило Мёда.
– Они автоматические и их почти не охраняют. Можем попытаться взломать один. Я каждый раз как в отпуск отправляюсь мимо них прохожу. Там толпа народа всегда, легко затеряемся.

– Ну попытайтесь, - без особого энтузиазма выдал Батя состроив кислую мину, будто мы нащупали реальную возможность бегства, о которой командование ещё не подумало.

Но что-то в его голосе подсказало мне, что господин капитан был бы очень рад такому раскладу.

– «У клиента странный эмоциональный отклик» - на субвокале подтвердил мою догадку Трикс.

– Мёд, братишка, а если эти корветы уже часть твоего гипноролика о поездке к родственникам и специально запрограммирована?
– озвучил я идею.
– Как думаешь, что нас там ждёт?

– А ведь такая мысль меня даже не колыхнула, хотя должна бы, я же стратег, - мы перевели взгляды на Батю.

– Это действительно ловушка, Мёд на неё запрограммирован, - подтвердил офицер.
– Но вы первые кто в неё не полез. Клоуны-умники, сука.

Корветы, корветы. Интуиция щёлкнула пальцами, идея оформилась чёткой картинкой. Наконец-то имплант начинает работать так, как мне всегда хотелось — выдаёт подсказки. Я присел на корточки возле кресла чтобы наши с капитаном глаза оказались на одном уровне. Пришлось стать подошвами ботинок в пятно свернувшейся крови, что натекла из Батиной ноги.

– Скоро обезболивающее перестанет действовать, а потом и кровотечение снова откроется. Мы обещали не убивать, но не обещали спасать. Расскажи-ка нам про яхту, - я указал взглядом на парящий под потолком макет.
– Кажется ты когда-то хвастал своим голофото рядом с такой же, но настоящей.

Лицо капитана побледнело ещё сильнее. Всё-таки репутация мощная вещь.

Глава 18

Прямоугольная комната шесть на девять метров, тусклое освещение, низкий потолок, серые стены, овальный стол из стали, за которым уселось четверо невзрачных лысых доходяг. Если бы не этот стол, то помещение было бы похоже на общую камеру какой-нибудь захудалой тюрьмы. Но стоит подключиться к ИнфоСфере и серая комната превращается в зал совещаний. В высоком потолке квадратные светильники, стены стильно разукрашены триколором, на его фоне красуется герб с двуглавым орлом. Над столом трёхмерные проекции, карты, списки, личные дела сотрудников. Многообразие информации поражает.