Чтение онлайн

Наталья. Наверное, я виновата, Рэм…

Рэм. …Замечательная, удивительная, единственная… Всегда про себя повторял: самая замечательная на свете, самая единственная на свете…

Наталья. Я не могу больше в это играть…

Рэм. …Ты меня бросила — я тебя не винил… Никогда, никогда, никогда… Разве что — ревновал…

Наталья. Рэм, я боюсь…

Рэм. …До боли в груди, до рези в глазах, до потери сознания…

Наталья. Если вы шутите, Рэм, — мне уже не смешно, а если серьезно — тем более, остановитесь…

Рэм. Но — почему? почему?! Почему — я же чувствую?! У меня все болит — я хочу понять?! Пережить, понять, простить, позабыть?!

Наталья(тихо). Наверно, не так…

Рэм. Почему?

Наталья. Очень больно…

Рэм. А мне?!

Женщина не отвечает — или не знает, что ей ответить.

Мне было плохо… Всегда без тебя было плохо… Всегда рядом были люди — все-таки мне не хватало тебя… Мне давали приют, одевали, кормили меня… жалели, носились со мной, утешали меня, как могли… Я все равно оставался самым одиноким, самым обиженным, самым отверженным… Все дело, наверное, в этом: если ты не нужен даже собственной, собственной!.. Не было дня, чтобы я о тебе не подумал… не пытался тебя ощутить… Я повсюду тебя искал — тебя нигде не было… (Берет ее руку в свою.) Что, ты плачешь?

Наталья. Я виновата…

Рэм. В чем?

Наталья. Ты страдал…

Рэм(не сразу). Скажи… тебе с ним было хорошо?

Наталья. Я не могла представить, что ты будешь так страдать…

Рэм. Но ты была счастлива с ним?

Наталья. …Я тоже, как ты, представляла встречу с тобой… Тоже, как ты, искала слова… Тоже себе говорила: если Бог мне когда-нибудь даст увидеть моего мальчика… если когда-то мне Бог…

Рэм(ласково, бережливо обнимает ее). Вечность прошла, меня мучит вопрос: почему он — а не я?

Наталья. Он?..

Рэм. У тебя же был выбор: он мог уйти из Сада — я мог бы в Саду остаться?

Наталья(пытается отстраниться). Мне больно, прошу тебя, сын…

Рэм. Что, разве не так? (Крепче ее обнимает).

Наталья. Я не знаю…

Рэм. Почему ты его предпочла — не меня?

Наталья. Я любила его…

Рэм. А меня?

Наталья. Я любила, прости меня, я любила…

Рэм. Но я твоя плоть, я твоя жизнь?!

Наталья(пытается вырваться). Пощади, я любила…

Рэм. Почему? Объясни: почему?! Я желаю понять: почему?!

Наталья. Я любила! (Оседает возле него на колени.) Я виновата, но я — любила!! Любила, любила, любила… (Плачет.) Любила, Боже мой…

Тишина.

Рэм(вдруг, тихо). Любила… Любила, любила… Конечно, любила… Сейчас… Вдруг, стянуло в виске — я сейчас… Так просто и ясно: любила… Я, собственно, догадывался: наверно, любила… Поверить не мог, не хотел и не верил… Я был не готов… Любила — как, может быть, только возможно любить: беззаветно… без оглядки… не зная сомнений… Ты его любила… О, кажется, я понимаю: любила… (Молчат.) В самом деле, подумать: одна радость в жизни — Любовь… Разобраться, Она одна — и есть тот загадочный Сад, куда нас так тянет… Вот только нюанс: тот Сад — для двоих… Едва появляется третий — и кем бы он ни был, тот третий, неважно, — листва в том Саду осыпается… Казалось, волшебный пейзаж, вдруг, превращается в нудную местность… где только быт, бессмыслица и тоска… (Смотрит на женщину, опускается возле нее на колени.) Я понял: она любила его… Так просто и ясно: любила… Красиво любила — до смерти… Я никогда не подумал: она же могла умереть без него?.. (Смотрит на женщину.) Она для меня написала три слова на фото — про это? Скажите, вы со мною играли — про это?

Наталья встает, рукой вытирает слезы, молча собирает одежду, уходит на кухню. Рэм на полу.

Гаснет свет.

Рэм у мольберта, на чистом холсте карандашом торопливо расчерчивает скорые линии.

Рэм(возбужденно бормочет). Я понял, я понял… Я понял, все понял… Наташа, я понял, что делать… Мне казалось, что я любил ее больше жизни — но я ненавидел… Думал, что никогда не прощу — я все понял… Я понял — чего не желал понимать… (Молча работает.) Вспомнить, сколько я бился — и как у меня ничего не получалось… Сколько искал — и не находил… Она же любила?.. У любви другое лицо… Другое, совсем другое…

Появляется женщина. Снова в плаще, как в самом начале этой странной истории. Медленно приближается, наблюдает за его работой.

Теперь, может быть, и получится… Чувство такое — как в последний момент, в последний вагон уходящего поезда… Как кто-то невидимый крикнул мне: прыгай, спасайся… (Смеется.) Наташа, сейчас расскажу — и вы тоже удивитесь: какая простая история, какая чистая история, какая удивительная история про великую женщину и великую любовь… Эта женщина мне, уходя, объяснила про самое важное: жизнь — чтобы радоваться, чтобы любить… Подумать, я посылал ей проклятья — все-таки она оказалась права: рождение, смерть — неизбежны, а жизнь — чтобы радоваться… (С удовольствием смотрит на женщину.) Как хорошо, что вы здесь… Хорошо-хорошо… Поверьте, мне хорошо…

Наталья(с улыбкой). Хорошо…

Рэм. Даже боязно — так хорошо… Удивительно…

Она улыбается. Он улыбается. Оба они улыбаются.

Рэм. Почему вы в плаще? Вы уходите?

Наталья. Да…

Рэм. Так скоро?

Наталья. Пора…

Рэм. Жаль…

Она улыбается.