Шрифт:
Глава 1
— Служба на корабле! — торжествующе воскликнул стоящий четвертым в очереди перед Майлзом мичман. Ликование осветило его лицо, пока глаза бежали по строчкам приказа, отпечатанного на слегка трясущемся сейчас в его руках пластиковом листке. — Я буду младшим офицером по вооружению на имперском крейсере «Коммодор Форхалас». Приказано явиться немедленно в космопорт на базе Тейнери для перелета на орбиту.
Получив тычок в спину, он совсем не по-военному отскочил с дороги следующего в очереди, продолжая радостно пришептывать от восхищения.
— Мичман Плоз. — Пожилой сержант, управлявшийся за столом, аккуратно держал следующий пакет большим и указательным пальцами, всем своим видом демонстрируя одновременно скуку и превосходство.
«Как давно он уже занимает этот пост в Имперской Военной Академии? — подумал Майлз. — Сколько сотен — или даже тысяч — молодых офицеров прошли под его равнодушным взглядом в этот первый определяющий момент их карьеры? Возможно, после нескольких лет все они стали для него на одно лицо? Та же новая зеленая форма. Те же голубые блестящие пластиковые прямоугольники — символы только что полученного блестящего звания — словно броня на высоких воротниках. Те же голодные глаза. Бесшабашные выпускники самой элитной школы имперских вооруженных сил, полные мечтаний о военном предназначении. «Мы не просто шагаем в будущее, мы атакуем его».
Плоз отступил в сторону, прикоснулся большим пальцем к пластине замка и расстегнул свой конверт.
— Ну? — поторопил Айвен Форпатрил, стоящий в очереди сразу перед Майлзом. — Не держи нас в неведении.
— Лингвистическая школа, — ответил Плоз, продолжая читать.
Он уже в совершенстве владел всеми четырьмя языками Барраяра.
— Студентом или инструктором? — поинтересовался Майлз.
— Студентом.
— Ага! Значит, это будут галактические языки. А потом тебя затребует разведка. Служить будешь вне планеты, это точно, — сказал Майлз.
— Не обязательно, — заметил Плоз. — Они могут просто посадить меня куда-нибудь в бетонный бункер, чтобы я программировал компьютеры-переводчики, пока не ослепну. — Однако в его глазах светилась надежда.
Майлз милосердно не упомянул основной недостаток службы в разведке — тот факт, что в конце концов оказываешься под началом шефа Имперской безопасности Саймона Иллиана, человека, который помнит все! Но, возможно, на уровне Плоза ему не придется встречаться с язвой Иллианом.
— Мичман Любачик.
По степени болезненно ревностного усердия Майлз считал Любачика вторым человеком из всех, кого он встречал. Поэтому он не удивился, когда Любачик расстегнул свой конверт и задохнулся от волнения:
— Имперская СБ! Продвинутый курс по безопасности и борьбе с терроризмом.
— А, школа дворцовой охраны, — сказал с интересом Айвен, подглядывая через плечо Любачика.
— Это большая честь, — заметил Майлз. — Иллиан обычно набирает своих студентов из отслуживших двадцать лет ветеранов, увешанных медалями.
— Может, император Грегор попросил Иллиана набрать кого-то ближе ему по возрасту, — предположил Айвен. — Чтобы слегка освежить ландшафт. Эти занудные ископаемые, которыми Иллиан его обычно окружает, меня лично привели бы в депрессию. Не давай никому повода считать, что у тебя есть чувство юмора, Любачик. Думаю, это приведет к автоматической дисквалификации.
Майлз прикинул, что если это так, опасность потерять свой пост Любачику не грозит.
— Я действительно увижу императора? — спросил Любачик. Он обратил нервный взгляд на Майлза и Айвена.
— Тебе, наверное, каждый день придется смотреть, как он завтракает, — ответил Айвен. — Бедный парень.
Он имел в виду Любачика или Грегора? Определенно, Грегора.
— Вы, форы, знаете его — какой он?
Майлз вмешался, пока искорка в глазах Айвена не материализовалась в какую-нибудь подходящую шутку.
— Он человек открытый. Вы найдете общий язык.
Слегка обнадеженный, Любачик сдвинулся в сторону, перечитывая свое назначение.
— Мичман Форпатрил, — протянул сержант. — Мичман Форкосиган.
Высокий Айвен забрал свой пакет, а Майлз свой, и они отошли в сторонку вместе со своими двумя товарищами.
Айвен расстегнул свой конверт.
— Ха! Мне достался имперский штаб в Форбарр-Султане. И быть мне, да будет вам известно, адъютантом коммодора Джоллифа, оперативный отдел. — Он поклонился и перевернул листок. — Фактически начиная с завтрашнего дня.
— О-о! — сказал мичман, который вытянул службу на корабле — он все еще слегка подскакивал от возбуждения. — Айвен будет секретарем! Смотри, как бы генерал Ламиц не попросил тебя посидеть у него на коленках, говорят, он…
Айвен послал ему дружеский неприличный жест.
— Зависть, чистая зависть. Я буду жить как гражданский человек. Работать с семи до пяти, жить в собственной квартире в городе. И там наверху на этом твоем корабле никаких девочек, позволь заметить. — Голос Айвена был ровным и бодрым, только его глаза не могли полностью скрыть разочарования. Айвен тоже хотел службу на корабле. Все они хотели.
И Майлз хотел. «Служба на корабле. В конце концов, командование, как у моего отца, как у его отца, и его, и его…». Желание, мольба, мечта… Он помедлил из соображений самодисциплины. И из-за страха. И ради последнего тягучего мгновения напряженной надежды. Он приложил палец к замку и расстегнул конверт с выверенной точностью. Один пластиковый лист, несколько дорожных пропусков. Его собранность длилась только короткое мгновение, понадобившееся на то, чтобы впитать смысл маленького параграфа перед его глазами. Он застыл, отказываясь им верить, и начал читать заново.
— Ну, и что там, братец? — Айвен заглянул через плечо Майлза.
— Айвен, — придушенно спросил Майлз, — у меня приступ амнезии, или метеорологии действительно не было среди наших научных курсов?
— Пятимерная математика, да. Ксеноботаника, да. — Айвен задумчиво почесал памятную царапину. — Геология и топография, да. Ну, были погодные условия для авиации еще на первом курсе.
— Да, но…
— Ну, что они с тобой сделали на этот раз? — спросил Плоз, очевидно готовый поздравлять или сочувствовать — по обстановке.