Чтение онлайн

— Отрасти себе язык, Гвидо.

Наверное мозг ещё не до конца восстановился после пережитого. Иначе как объяснить мои первые слова после оживления?

— Я не могу! — залился хохотом Джарег. — Этот демон — лучший юморист из всех кого я знаю. Зи, прошу — давай его ещё разок разделаем! Я готов слушать парня часами.

— Сейчас уже поздно — обедать пора. Но потом обязательно, — подмигнул Хаман сборщику. — Мне тоже понравилось.

И, переведя взгляд на меня, сообщил:

— Гвидо не хочет. Он не любит, когда Хетос его отрезает по новой.

Джарег снова заржал и молниеносным движением впечатал ладонь в спину лекаря.

— Давай, Гвидо! Отрасти язык и сам ответь этому хохмачу. Пока Хетос рядом. Чтобы время потом не терять.

Менталист и несколько ближайших солдат, слышавших разговор, присоединились к смеху блондина. Мне же стало так мерзко, что я, наоборот, мигом набрался смелости и серьёзности. Мысли уже прояснились, и первая из них тотчас подтолкнула к вопросу:

— Теперь верите мне, господин?

Обращение далось на удивление легко. Я просто в мыслях заменил «господин» на «ублюдок», и презрение к этой твари даже не проглянуло на моём лице. Учусь. Быстро.

— Да я тебе изначально верил, — пожал Зи плечами. — Просто нужно было показать, на что способен Хетос. Тебе же понравилось, правда? Повторим как-нибудь?

— Нет! — резко выдохнул я, не успев понять, что и зачем говорю. Тело отреагировало само.

— Я же и говорю, что понравилось, — подмигнул менталист. — Слышать одно, видеть лучше, но по-настоящему можно проникнуться, только испытав на себе.

— Не надо, — повторил я уже чуть спокойнее, но всё ещё дрожащим голосом. — Я запомнил. Такое не забывается.

Хитро разглядывающий меня Зи повернулся к своему старшему по возрасту, но едва ли по чину, товарищу.

— Ну что думаешь? Браслет можно снимать? — спросил он у Джарега. — Руки чешутся опробовать его способности в деле.

— Думаю можно, — кивнул сборщик. — Если, и правда, любит, то и подумать о том, чтобы рыпнуться побоится. Наш Пожиратель — настоящий мужик. На такое он не пойдёт.

— Вот и я в нём уверен, — подмигнул мне Хаман. — Давай только завтра уже. Маршал любит всё важное делать утром. Пусть наш герой отдохнёт, а я пока манника подготовлю. Там даже Хетос не нужен.

Есть! Я мысленно вздохнул с облегчением. Проверку прошёл! Уроды уверены, что я сломлен. Первый шаг сделан. Теперь начнут понемногу давать мне свободу. Шансы есть. Если вытянуть из менталиста ресурс…

— Ты же понял, зачем я тебя сегодня медленно убивал? — отвлёк меня Зи вопросом от восторженных мыслей.

— Да, господин, — кивнул я. — Чтобы познал настоящую боль. И выработал стойкое желание никогда её больше не испытывать.

— Молодец, Саша, — похвалил меня менталист. — Хорошо сказал. Это важно, но это не главное.

— Как не главное? — удивился я.

— Ты прав в первом — познать боль было важно, — лукаво прищурился Хаман. — Но не для того, чтобы бояться саму эту боль — хотя и это не лишнее. Задумайся, Саша. По-твоему, что страшнее — испытать всё, что ты сегодня испытал самому, или позволить испытать всё это своей любимой?

Мёд мне в рот! Вот же сука!

— Молчишь? Значит, знаешь ответ. Да, всё правильно — подведёшь меня, попытаешься, сбежать, обмануть, убить и так далее — я отдам Толу Хетосу. Будь умницей, Саша. Не расстраивай меня. Так-то я добрый хозяин.

Остаток дня я провёл наедине со своими невесёлыми мыслями. Разговаривать друг с другом нам по-прежнему не позволяли. Бдительные охранники, периодически меняясь, постоянно дежурили рядом. Нас даже сидеть и лежать заставляли так, чтобы не было никакой возможности перекинуться взглядом. Подозреваю, в ближайшее время нас и вовсе разведут по разным краям лагеря. Хаман не дурак и прекрасно понимает, что по одиночке мы ему не страшны. Предпринимать какие-либо шаги, не согласовав их с друзьями, бессмысленно. Хотя, договариваться о чём-то — тоже так себе вариант. Это меня менталист не способен подслушать, а у Ферца, Толы и Грая он выведает любой секрет на раз-два.

В остальном обращались с нами, правда, неплохо. Не пинали без повода, дважды кормили. Помогали справить нужду. Толу даже для этого дела прикрывали плащом. Привлечённый её недовольными возгласами, я успел бросить косой взгляд в сторону девушки, прежде чем меня «вежливо» отвернули. Бедняжка. Ей пленение переносить сложнее других.

Ни при каких обстоятельствах не дам Хаману повода сотворить с ней всё то, что он сделал со мной. Начну действовать только тогда, когда буду на сто процентов уверен в успехе. Потребуется ждать месяц — буду ждать месяц. Потребуется год… Нет, так долго не выдержу. Наверняка придумаю что-нибудь раньше. На обратном пути к аллоям точно выдастся случай удрать. Главное: не упустить его. Главная моя проблема — сам Зи. Не будь менталиста с его безмагическим полем, и хрен бы они меня удержали. Я ведь, что у маршала-громобоя, что у любого другого силара на раз-два могу ресурс высосать — и все их крутые способности в жопе.

А браслетики, наверняка, имеется способ снять. Надо только разведать как это делается. Дырочек под ключ на них нет, но не одноразовые же они в самом деле. Вот завтра утром собственно и узнаю, как они размыкаются. Зи что-то про испытания моих способностей говорил. Значит, пусть временно, но вернут магию.

— Ну что, Пожиратель, давай прогуляемся. Отдохнул уже небось.

Явившийся по мою душу главный охранник подал знак солдатам, и те принялись развязывать путы. Правда только на ногах, а руки так и оставили сведёнными за спиной — лишь отсоединили цепь, связующую меня со столбиком.

— Этого тоже, — ткнул Джарег пальцем в притворяющегося спящим Майка.

Ещё один бедняга. Когда меня на части разбирали, Джексон весь обблевался и так выразительно выл, что я, несмотря на свою вовлечённость в процесс, нет-нет следил за ним краем глаза. И как он только в барыги подался при таком слабом очке? Вот уж кого и запугивать особо не надо. И так сделает всё, что хозяин прикажет. Впрочем, всего через пару минут этот мой вывод получил подтверждение из уст самого менталиста.

Зи в компании нескольких силаров ждал нас на расчищенном от солдатов и харцев участке поляны возле самого ствола хаджа. Маршала пока видно не было. Возможно трапезничал.