Хан с лицом странника

Вячеслав Юрьевич Софронов не мог не стать писателем, повествующим об истории Сибири. Романтический Тобольск, дальние экспедиции, походы, легенды старожилов о Ермаке и хане Кучуме — развили в нем пылкое воображение, страсть к поискам и открытиям.

Нужно ли говорить, что его первый роман "Кучум" редкого читателя оставляет равнодушным, заставляя сопереживать его героям, следить за развитием событий.

Писательская судьба трудна и непредсказуема.

Известно, что многие литературные произведения своим сюжетом предвосхитили реальные исторические события, произошедшие значительно позже. Исторический роман — случай особый, в котором воссоздается прошлое и судьбы людей, давно ушедших от нас. Некоторые исторические личности известны нам лишь по именам, упоминающимся в летописях или иных документах. Говорить, а тем более писать о них необычайно сложно и тут нужно немалое мужество. Только большой жизненный опыт автора, интуиция писателя, глубокие знания истории позволяют рассказать достоверно и непредвзято о событиях давно прошедших лет.

Вячеслав Софронов — редкий энтузиаст и поклонник Сибири, патриот своего города. Кроме литературной работы он занимается еще и научными изысканиями по истории края. Это говорит о многом. Ранее таких людей называли подвижниками.

Хочется порадоваться за автора, за его неукротимую энергию, не ослабевающий интерес к истории, пожелать не уходить от избранной темы (на мой взгляд, очень удачно укладывающейся в историко-приключенческий жанр) и создать еще не один роман о тех событиях, что происходили когда-то на просторах нашей необъятной Сибири.

А читатель пусть вместе с героями книги отправляется в увлекательное путешествие и с интересом следит за их судьбой, бурными драматическими событиями той далекой эпохи времен Ивана Грозного, Ермака, хана Кучума. Удачи вам и автору.

Профессор Ю. П. Прибыльский

г. Тобольск

Сибирь не только огромна по площади, но и населена многочисленными народами и племенами, значительно отличающиеся друг от друга историческим развитием и бытовым укладом жизни. Важна и ее роль в евроазиатской геополитике и тот, кто направлял политику Сибирского ханства, зримо и косвенно влиял на ситуацию многих европейских дворов. С ее политикой должны были считаться, принимать или противостоять влиянию ханов Сибири. Сами же сибирские правители идеологически тяготели к среднеазиатским государствам, вынашивали планы реставрации Золотой Орды.

Сибирское ханство, завоеванное шейбанитом Кучумом, располагалось в самом центре нашего края, подчинив и вобрав в себя мелкие племенные политические союзы. Сюда едут бухарские купцы, приходят охотники с Оби, заглядывают и московские торговые люди. Меха — вот главный интерес всех приезжающих в этот далекий сибирский край. Пушная валюта нужна любой столице мира.

В столице Сибирского ханства, Кашлыке, властной рукой правит хан Кучум. Прошли уже многие годы после поражения династии рода Тайбуги. Но жив князь Едигир, который уходит далеко на запад и волею судьбы принимает православие. Живы и другие герои, что боролись, любили, страдали на страницах первой книги. Само действие романа постепенно перемещается в вотчины купцов Строгановых, а затем — в Москву, Рязань, Бахчисарай, Бухару. Появляются и новые герои.

А меж тем, хан Кучум, окрепнув, заручившись поддержкой соседних князей, набирает отборное войско и тайно готовится к войне с Москвой.

Вторая книга романа "Кучум" не только продолжает первую, но идет дальше, раскрывая все новые и новые действия того времени, подводя читателя к главнейшему событию XVI столетия — присоединению Сибири к России.

Автор благодарит всех, кто помог ему в работе над романом: руководителей фирмы "АТИКО" Игоря Юдаева, Игоря Шестакова, главного архитектора г. Тобольска Спиридонова Андрея, а также всех доброжелательных читателей, дающих ему, автору, огромный творческий импульс.

Андрею

и Юрию,

сыновьям моим,

посвящается

Нет в Сибири более драгоценного зверя, чем Соболь. Ни Лиса, ни Бобер ни даже царственный Горностай не могут соперничать с ним по уму и хитрости. Он — самый мудрый. Он — самый гордый. Он — самый трудолюбивый из всех сибирских зверей.

Нет у него той силы, как у могучего Медведя.

Нет у него удачливости Лисицы.

Нет терпеливости Рыси.

Нет таких клыков, как у Волка.

Нет чуткости Зайца.

Нет мудрости Бобра.

Но он — Соболь.

Его и только его почитают за главного зверя люди земли Сибирской.

О нем поют в своих песнях охотники этой земли.

Он — мозг Сибирской тайги.

Он — ум Сибирской тайги.

Он — душа самого прекрасного из сотворенного Богом на Земле края.

Он знает, что происходит в любом уголке Сибирского царства.

Он — царь царей Сибирских. Он — воин. Он — отец этой Земли.

С берегов теплых морей, из жарких пустынных стран, из полуденных мрачных земель спешат в Сибирь люди торговые, чтобы поклониться ему. Везут серебро и драгоценные камни, китайский шелк, фарфор и восточные пряности, бледнолицых красавиц, лишь бы стать друзьями, удостоиться внимания царя Сибирского — Соболя.

Всех принимает он, всех жалует и благодарит за любовь и почитание. Никто не возвращается обратно без даров его царских.

Идет молва о нем по всей земле: славят его все языки и народы и поклоняются ему, сибирскому Соболю.

Он — хозяин земли.

Он — ключ этой земли.

Он — богатство сибирской Земли.

Каждую зиму Аучы-охотник уходит в лес ставить ловушки на зверя, силки на птицу, встретить сохатого в глухом тумане. Один уходит в лес Аучы-охотник и всю зиму, пока снег не потяжелеет, не начнет постанывать, оседать на землю, не набухнет, как баба на сносях, живет он там. Ходит Аучы-охотник от дерева к дереву, от сосны к ели, от березы к осине по узким тропам идет и следы зверя глядит, читает, счет им ведет. Все-то он знает, ведает в лесу: сколько зайчишек горькую осинку обглодали, сколько тетеревов-косачей почки на ольхе лущили, сколько волков серых зубами в глухом лесу щелкают, мокрыми носами добычу чуют.

И уж доподлинно знает Аучы-охотник, где царственный зверь Соболь ходит, живет, в каком дупле он себе жилье облюбовал, выбрал. Подойдет он к дуплу, поклонится низко, шапку снимет, попросит: "Покажись мне, господин Соболь-Кеш. Доставь удовольствие видеть твой царственный лик!"

Выглянет из дупла Соболь-Кеш, сверкнет черными бусинками глаз, пошевелит длинными усиками, кивнет охотнику царственной головкой и обратно в дупло скроется. Попрощается с царем зверей Аучы-охотник и путь свой продолжает по зимнему лесу дальше зверей считать, наблюдать.