Фауст, фон Гёте Иоганн Вольфганг

Фауст

на обложку

фон Гёте Иоганн Вольфганг

Шрифт:

Мефистофель

Мои малютки. Их прибаутки. Разумное их слово Не по летам толково. Они тебя зовут Рвануться вон из пут И мрака кабинета В простор большого света. Оставь заигрывать с тоской своей, Точащею тебя, как коршун злобный. Как ни плоха среда, но все подобны, И человек немыслим без людей. Я не зову тебя к простолюдинам, Мы повидней компанию найдем. Хоть средь чертей я сам не вышел чином, Найдешь ты пользу в обществе моем. Давай столкуемся друг с другом, Чтоб вместе жизни путь пройти. Благодаря моим услугам Не будешь ты скучать в пути.

Фауст

А что ты требуешь в уплату?

Мефистофель

Сочтемся после, время ждет.

Фауст

Черт даром для меньшого брата И пальцем не пошевельнет. Договоримся, чтоб потом Не заносить раздора в дом.

Мефистофель

Тебе со мною будет здесь удобно, Я буду исполнять любую блажь. За это в жизни тамошней, загробной Ты тем же при свиданье мне воздашь.

Фауст

Но я к загробной жизни равнодушен. В тот час, как будет этот свет разрушен, С тем светом я не заведу родства. Я сын земли. Отрады и кручины Испытываю я на ней единой. В тот горький час, как я ее покину, Мне все равно, хоть не расти трава. И до иного света мне нет дела, Как тамошние б чувства ни звались, Не любопытно, где его пределы, И есть ли там, в том царстве, верх и низ.

Мефистофель

Тем легче будет, при таком воззренье, Тебе войти со мною в соглашенье. За это, положись на мой обет, Я дам тебе, чего не видел свет.

Фауст

Что можешь ты пообещать, бедняга? Вам, близоруким, непонятна суть Стремлений к ускользающему благу. Ты пищу дашь, не сытную ничуть. Дашь золото, которое, как ртуть, Меж пальцев растекается; зазнобу, Которая, упав к тебе на грудь, Уж норовит к другому ушмыгнуть. Дашь талью карт, с которой, как ни пробуй, Игра вничью и выигрыш не в счет; Дашь упоенье славой, дашь почет, Успех, недолговечней метеора, И дерево такой породы спорой, Что круглый год день вянет, день цветет.

Мефистофель

Меня в тупик не ставит порученье. Все это есть в моем распоряженье. Но мы добудем, дай мне только срок, Вернее и полакомей кусок.

Фауст

Пусть мига больше я не протяну, В тот самый час, когда в успокоенье Прислушаюсь я к лести восхвалений, Или предамся лени или сну, Или себя дурачить страсти дам, — Пускай тогда в разгаре наслаждений Мне смерть придет!

Мефистофель

Запомним!

Фауст

По рукам! Едва я миг отдельный возвеличу, Вскричав: «Мгновение, повремени!» — Все кончено, и я твоя добыча, И мне спасенья нет из западни. Тогда вступает в силу наша сделка, Тогда ты волен, — я закабален. Тогда пусть станет часовая стрелка, По мне раздастся похоронный звон.

Мефистофель

Имей в виду, я это все запомню.

Фауст

Не бойся, я от слов не отступлюсь. И отчего бы стал я вероломней? Ведь если в росте я остановлюсь, Чьей жертвою я стану, все равно мне.

Мефистофель

Я нынче ж на ученом кутеже Твое доверье службой завоюю, Ты ж мне черкни расписку долговую, Чтоб мне не сомневаться в платеже.

Фауст

Тебе, педанту, значит, нужен чек И веры не внушает человек? Но если клятвы для тебя неважны, Как можешь думать ты, что клок бумажный, Пустого обязательства клочок, Удержит жизни бешеный поток? Наоборот, средь этой быстрины Еще лишь чувство долга только свято. Сознание того, что мы должны, Толкает нас на жертвы и затраты. Что значит перед этим власть чернил? Меня смешит, что слову нет кредита, А письменности призрак неприкрытый Всех тиранией буквы подчинил. Что ж ты в итоге хочешь? Рассуди, Пером, резцом иль грифелем, какими Чертами, где мне нацарапать имя? На камне? На бумаге? На меди?

Мефистофель

Зачем ты горячишься? Не дури. Листка довольно. Вот он наготове. Изволь тут расписаться каплей крови.

Фауст

Вот вздор! Но будь по-твоему: бери. Какие-то ходульные условья!

Мефистофель

Кровь, надо знать, совсем особый сок.

Фауст

Увы, тебя я не надую. Я — твой, тебе принадлежу, Раз обещаю к платежу Себя и жизнь свою пустую, Которой я не дорожу. Чем только я кичиться мог? Великий дух миропорядка Пришел и мною пренебрег. Природа для меня загадка. Я на познанье ставлю крест. Чуть вспомню книги — злоба ест. Отныне с головой нырну В страстей клокочущих горнило, Со всей безудержностью пыла В пучину их, на глубину! В горячку времени стремглав! В разгар случайностей с разбегу! В живую боль, в живую негу, В вихрь огорчений и забав! Пусть чередуются весь век Счастливый рок и рок несчастный. В неутомимости всечасной Себя находит человек.