Чтение онлайн

По мере укрепления родового общества, демография в мире стала идти взрывными темпами, космическая программа процветала. Были созданы поселения на Луне, Марсе и лунах Юпитера. Однако оказалось, что даже процветавшее мировое сообщество не может потянуть терраформинг ближайших планет. А без технологий, позволявших пересекать космическую пустоту в поисках землеподобных планет, космическая программа обречена на столкновение с «потолком» своих возможностей. Жить в космосе даже при всех достижениях не было смысла, а вот планета из-за перенаселения начала стремительно скатываться в пропасть.

В мире не было такого количества ресурсов, даже воздуха, чтобы поддерживать тридцать миллиардов населения.

Планета бурлила, как перегретый газовый котёл. Оставалось поднести спичку… и император её поднёс своим «Кодексом Войны». Разрушительность этой войны можно было бы сравнить с ядерной. Хотя ядерное оружие к тому времени было запрещено и уничтожено. За пятьдесят лет население земли сократилось в шесть раз в результате локальных конфликтов. Сам император куда-то сгинул во время восстания нон-комбатантов, требующих соблюдения своих прав. То ли он теперь прячется, выставляя за себя механизмы, говорящие от его имени, то ли он нашёл способ слиться с машиной, чем обессмертил себя.

В любом случае сейчас всё работает благодаря сети мега башен Тесла, и император не раз демонстрировал, что он может отключить что угодно, от кардиостимулятора до танкового батальона. А также развернуть целые армии автоматонов против их создателя.

Космическая программа есть, но теперь она обеспечивает лишь приток необходимых материалов на землю. Нон комбатанты бесправны, и их права соблюдаются только на бумаге. Вот уж действительно «человек готовый на унижение, чтобы его не побили, будет и побит, и унижен». Рода стали новыми дворянами, и они крайне консервативны. Новые рода не появляются. Человечество медленно сокращается, а император сохраняет по этому поводу молчание, не желая вмешиваться в «естественный» порядок вещей, который он сам и установил.

Кукша закончил свою лекцию и задумчиво уставился в окно.

— Нам надо что-то делать, — заметил он. — Мы не сможем слишком долго здесь сидеть. Рано или поздно о том, что мы сохранили технологию узнают.

— Что у нас есть из земли? Какие-нибудь активы помимо этой передвижной крепости и этого производства?

— Нет, — покачал головой Кукша. — У нас всё отняли. За счёт продажи полимера мы сможем закупиться оружием, но у нас не хватает людей.

Я встал и подошёл к карте мира, висевшей рядом с доской.

— А что расположено здесь? — на пол пути от Байкала до Новосибирска красовалось огромное пятно стального цвета.

— Это Южно-Енисейск, пару месяцев назад здесь был мегазавод автоматонов, — кивнул Кукша. — Там производились в том числе и вот такие вот крепости, — он окинул взглядом нашу передвижную крепость. — Там всем заправлял очень большой род. Он взбунтовался против императора потому, что их, как и нас, исключили из реестра. Им удалось обезопасить свои силы от Дара Теслы императора. По крайней мере им так показалось. Но произошла перегрузка региональной тесла башни, и взрыв планетарного масштаба. Многие автоматоны взбесились после этого. Теперь это место, где по пустому городу бродят безумные машины, готовые напасть на любого. Пока туда никто не суётся. Слишком опасно. Да и техника там, скорее всего вся сгорела. А металлолом не столько стоит, чтоб из-за него вступать в борьбу с обезумевшими танками и меками.

У меня уже была идея, что я могу помочь своему роду, если буду ремонтировать вышедшие из строя механизмы. Но просто бродить по помойкам не выход. Сколько там нужных нам механизмов? А тут — целая армия не принадлежащая никому. У меня появилась идея.

— Даже не думай, — понял ход моих мыслей Кукша. — Ты думаешь, что сможешь обратить все эти автоматоны на службу себе?

— Но ведь мой дар — это единственное преимущество, которое у нас есть, — возразил я.

— Мы лучше продолжим продавать полимер, — проскрипел он своей коробкой.

— И дождёмся когда нас раскатают? — парировал я.

— Мы всегда можем убежать.

— И сколько будем бегать?

— Ладно, — проговорил мой учитель. — Мы обсудим с Всеволодом твоё предложение.

Глава 5

Всеволод сказал «нет». Он не мог отказать главе рода. Это было неправильно. Но он всё же сказал «нет». На следующий день я не пошёл на его занятия. Какой мне прок с этой боевой подготовки, когда мы собираемся ждать, когда наша крепость врастёт в землю? И будем весь остаток жизни приторговывать странной субстанцией, которая помогает избежать жёсткого космического излучения.

Сегодня мне очень сильно захотелось побыть с вещами отца. Они свалили всё, что могли спасти из его резиденции в секции склада.

За последний месяц об отце говорили больше, чем, наверное, за всё время, пока я был в симуляции. Мать не очень часто вспоминала о нём. А вот Кукша и Всеволод говорили о своём бывшем главе рода постоянно. И эти разговоры… они породили во мне странное чувство. Я проникся к нему таким уважением, что, кажется, снова полюбил его как своего отца. Новый образ… не тот из симуляции. А образ того человека, который действительно существовал.

Мне позарез нужен был человек. Идеальный человек, который дал бы мне совет.

Я сидел окружённый коробками и чемоданами. Хоть всё и упаковывалось в спешке, делалось это профессионалами. В одном из коробков лежали книги. В основном по экономике, но пара томов было о предсказании будущего с помощью дара Провидца. Я взял одну книгу и подняв её обнаружил под ней шкатулку. Полностью деревянная, она имела железную вставку на крышке. Я повертел предмет в руках. На дне располагался приклеенный ярлык. Изначальный текст на нём выцвел и был еле различим. Но вот надпись ручкой поверх была свежа.

«Моему сыну» — значилось на надписи. Я повертел шкатулку ещё. Она была закрыта и очень плотно. Больше никаких надписей, никаких подсказок, отсутствовала даже замочная скважина. Или была спрятана? Указательным и средним пальцем я провёл по крышке и почувствовал выемку, которая была чуть больше чем толщина среднего пальца. Я задумался, для чего она может быть. Ответ пришёл сам собой. Я приложил большой палец и услышал тихий щелчок. Оставалось загадкой, когда отец смог снять мой отпечаток пальца. Но может быть я просто не знаю чего-то о технологиях этого мира?