Дробинка
Шрифт:
– Что излучаю?
– испуганно спросила Надежда Юрьевна.
– Излучаешь и все!..
– Иван Федорович был растерян.
– Поясни, Ваня, - ласково попросила Надежда Юрьевна.
– Как будто в тебе работают, знаешь... сто радиостанций сразу, - пояснил Иван Федорович.
Надежда Юрьевна не нашлась, что сказать мужу.
– Феномен какой-то...
– смотрел на жену Иван Федорович.
– Глупости, - наконец произнесла Надежда Юрьевна.
– Тебя надо исследовать, - сказал муж. И прибавил: - Невероятно!
Надежда Юрьевна повернулась и молча вышла из лаборатории.
В этот день Иван Федорович приехал домой рано.
Тотчас приступил к жене с расспросами: как самочувствие, есть ли улучшение, как она питается, чем, как с пуговицей. Надежда Юрьевна отвечала на вопросы мужа, показала пуговицу - тоненькую пластинку: иссосала почти всю.
– Да...
– кивал при этом головой Иван Федорович.
– Да...
Он столько раз повторял это "да...", что Надежда Юрьевна пришла в раздражение и спросила, к чему ведет этот допрос.
– Видишь ли...
– Иван Федорович не находил нужных слов.
– Ничего не вижу!
– сказала жена.
– Потемки!
– Правильно, - согласился Иван Федорович. Потемки.
– Что же все это значит?
– Ты вся излучение, - сказал наконец Иван Федорович.
– Приборы словно сошли с ума. Токи мозга пе сравнению с твоим излучением - невнятный шепот.
Надежда Юрьевна слушала.
– Вот я и думаю: в чем дело?
– продолжал Иван Федорович.
– Может быть, ты железом перенасытилась? Железо, оно знаешь, имеет магнитные свойства... Ты не беспокойся, пожалуйста!
– заверил он, видя, как смотрит на него Надежда Юрьевна.
– Ничего опасного нет, если ты и намагнитилась.
– Хватит!
– оборвала разговор Надежда Юрьевна.
– Скоро ты скажешь, что твоя жена - слесарная мастерская. Так?
Иван Федорович так не думал. Но и что думать, не знал.
Решили, что надо идти опять к врачам исследоваться.
В поликлинике Надежде Юрьевне предложили пройти анализы.
– Вот талончик на кровь. Это можно сегодня. Спуститесь вниз, в кабинет одиннадцатый.
Надежда Юрьевна сдала на анализ кровь.
– Придете завтра, - сказали ей, - в девять часов.
Но удивительные события развернулись раньше этого срока.
Лаборант Вятлов закончил анализ крови Надежды Юрьевны в час дня. В четверть-второго он вошел к главному врачу Сергею Наумовичу.
– Удивительно, - сказал он с порога.
– Знаете, что я обнаружил в крови Фастовой?
Сергей Наумович поднял голову от бумаг.
– Не поверите!
– сказал Вятлов.
Сергей Наумович молча ждал..
– Спуститесь, взгляните сами!
То ли недоумение в глазах Вятлова, то ли дерзость, так подумал Сергей Наумович, с какой Вятлов вошел к главному врачу: не каждый и не по всякому поводу решится беспокоить Сергея Наумовича да еще приглашать его к микроскопу, - подсказали главному врачу, что у лаборанта есть к этому основания. Сергей Наумович поднялся и пошел вслед за Вятловым.
Так они и шли - лаборант впереди, главврач за ним, какая-то невидимая нить связывала обоих. Лаборант шел, озабоченно, это можно было заметить по его напряженно выпрямленной спине; главный врач шагал трудно, в походке чувствовались его шестьдесят восемь лет, и еще чувствовалась озабоченность, которая передалась Сергею Наумовичу от лаборанта. Надо было бы всему миру поглядеть, как они шли - лаборант и Сергей Наумович. Но мир пока ничего не знал, хотя стрелки часов уже отсчитывали секунды эпохального времени.
В маленькой тесной лаборатории никого не было. Микроскоп стоял у окна, в зажимах стекло с небольшим ржавым пятнышком. Сергей Наумович подошел к микроскопу, тронул винт, приподнял тубус, применяя к своему зрению.
То, что он увидел, было невероятным. Сергей Наумович оторвался от микроскопа, протер глаза. Опять наклонился, чуть-чуть пошевелил винт. На ржавом коричневом фоне растекшейся крови в двухсоткратном увеличении линз Сергей Наумович увидел блестящие металлом обломки машин: шестерни, колеса, гнутые скобы
и рычаги.
– Что это?
– спросил Сергей Наумович.
– Третья проба, - ответил Вятлов.
Вынул из-под микроскопа стекло с ржавым пятнышком. Взял из коробки другое, чистое. Выдавил из мензурки на него каплю крови, вновь поставил под тубус.
Сергей Наумович приник к окуляру. Увидел он то же самое: шестерни, металлические детали. И еще он увидел - нет, не привидение, не фантом миниатюрную микроскопическую подводную лодку...
Действительно, это было невероятно. За долгую практику Сергей Наумович ничего подобного не наблюдал.
– Чья кровь?
– спросил он, не отрываясь от окуляра.
– Фастовой... Надежды Юрьевны, - лаборант взглянул на листок.
– Супруги Ивана Федоровича Фастова?
Лаборант Ивана Федоровича не знал.
Сергей Наумович знал. Отсюда же, из лаборатории, позвонил Ивану Федоровичу.
Через полчаса Иван Федорович приехал.
– Взгляните, -сказал ему главный врач.
Их отыскали через неделю с помощью микроскопа, дававшего увеличение в шестьсот раз. Похожими на людей они не были: голова, туловище с двумя рядами щупалец - один ряд вверх, другой вниз. Увидели их города,заводы.
Надежде Юрьевне пришлось претерпеть массу исследований. Для нее одной отвели целый этаж загородной больницы. Палаты превратили в лаборатории, нижний этаж - в жилье для научных сотрудников. Надежду Юрьевну осматривали, выстукивали, просвечивали, опрашивали, обследовали, переобследовали, доследовали... Ею восхищались, восторгались, ужасались. Все это она сносила терпеливо и молча - послушный кролик науки.
Выводы были ошеломляющими: в теле Надежды Юрьевны обосновалась внеземная цивилизация.