Чтение онлайн

– Может, торговцы? – спросил Эрик.

– Нет, это боевые драккары.

Преимущество драккара в скорости. Два длинных судна с хорошими льняными парусами и крепкой командой догонят кнорр за час. При этом решительно все равно, кто это – пираты ли, наемные ли воины, или просто развлекающийся вельможа. Эрику эта встреча была совершенно ни к чему. Небо темнело медленно. Не стоит рисковать.

Эрик молча кивнул головой в сторону открытого моря.

– Волна-то какая, – поделился рулевой сомнениями.

– Топоры-то какие, – возразил Эрик. – Бредсверды-то какие.

– Нас они не тронут.

– Тронут. Как только узнают, что я здесь – еще как тронут.

– Это несправедливо, – заметил рулевой.

– Совершенно с тобой согласен, – откликнулся Эрик. – Разворачивай посудину.

Рулевой постоял в задумчивости какое-то время, повернулся к команде, и жестом указал на горизонт справа по ходу.

Кнорр развернулся, и бортовая качка сменилась кормовой. Дрянной шерстяной парус убрали, гребцы налегли на весла. Преимущество кнеррир в том, что они могут плавать в открытом море. Это не всегда хорошо кончается, но интересна сама возможность. Драккары в открытом море могут плавать только килем вверх, и то не очень долго.

Через час берега не стало видно. Погони тоже. Гребцы втащили весла и стали ждать появления звезд. Волны по-прежнему были высокие, но не очень злые.

– Стьйор-борд, человек, – крикнул вдруг рулевой.

Впереди, чуть справа по ходу, на поверхности болталось какое-то бревно, возможно обломок мачты.

– Рулевой, отдохни, – сказал Эрик.

– Я не устал. Это человек, говорю я тебе.

– Это бревно.

– Нет, человек. То есть, бревно тоже есть. Я не против бревна. Но есть и человек.

По мере приближения к бревну стало ясно, что человек действительно наличествует. Один из гребцов попытался придвинуть человека веслом, но не рассчитал, выронил весло, и, хрипло крикнув, упал за ним сам. Человек отделился от бревна и в несколько взмахов доплыл до гребца. Помогая ему взобраться на борт, он взобрался и сам, мотая головой и отвергая чью-либо помощь.

– Здравствуй, – сказал рулевой.

– Отойди, – огрызнулся человек с бревна. – Я вас не трогал, и рассчитывал, что и вы меня не тронете. Но вам понадобилось зачем-то… – он не окончил фразу, потому что голос его в этот момент дал петуха. Эрик пригляделся. На вид человеку с бревна было лет семнадцать.

– Тебя как зовут? – спросил Эрик, приближаясь.

– Тебе-то какое до этого дело? Я ждал наступления ночи.

– И что бы ты делал после того, как ночь наступила? – с любопытством спросил Эрик.

Человек вдруг вздрогнул всем телом и кашлянул. Зубы его застучали. Один из гребцов нехотя полез под кормовую часть палубы и вскоре вернулся с узлом.

– Плыл бы к берегу, – ответил человек с бревна.

– Это далеко, – заметил Эрик.

– Ничего не далеко! – возмутился человек, кашляя и ежась. – Вон там, – он показал рукой, – Лапландская дурная Лужа, в полуарже. Это что?

– Сухая одежда, – объяснил гребец, протягивая человеку узел.

– Ага, – сказал человек. – Что ж, спасибо.

Он опять вздрогнул всем телом. Пытаясь развязать узел, он невнятно ругался и ворчал, стуча зубами и тыкая и захватывая материю негнущимися пальцами, а потом швырнул узел на палубу.

– Так обсохну, – сказал он.

Эрик поднял узел и развязал его.

– Я мог бы ссадить тебя на берег, а мог бы и подвезти, если тебе по пути, – сказал он.

– Вообще-то, господин, пора бы и привал делать, – вмешался рулевой. – Жрать охота, горячего не ели три дня.

Никакого уважения, подумал Эрик. Сколько им не плати – знают, кто я такой, и никакого уважения. До чего люди все-таки противный народ.

– Ладно, – сказал он. – До Лапландской Лужи, положим, не пол-аржи, а все три, и вовсе не там она, а вон там, – он показал рукой. – Но, в общем, наверное действительно нужно где-то пристроиться. Драккары либо уже в Луже, либо тоже заночевали.

***

Ночь, несмотря на ветер, выдалась ясная. Жареная рыба показалась Эрику пресной, но человек с бревна ел жадно и молча, временами кашляя и вздрагивая.

– Жар у тебя, – сказал Эрик.

– Нет. И не такое видел, и не в таком побывал.

– Ладно, – сказал Эрик. – Давай знакомиться.

– А мы знакомы, – сказал юноша мрачно, вгрызаясь в рыбу. – Ты – Эрик Рауде. Я тебя в прошлом году видел в Ютланде. На празднике.

Эрик задумался.

– Точно, – вспомнил он. – Только ты тогда совсем мальчик был. Как же тебя зовут-то? Сейчас вспомню. Тор? Лиф? Нет, что-то более распространенное. О! Хелье. Точно, Хелье.

Юноша ничего не ответил.

– И что же ты здесь делаешь, Хелье? Помимо плавания на бревнах?

– Изучаю фауну, что же еще.

– И много успел изучить?

Хелье вдруг насмешливо посмотрел на Эрика.

– Ниддинг ниддинга видит, – сказал он.

Эрик не удержался – оглянулся по сторонам. Гребцы спали вповалку, кроме одного, но он сидел далеко и не слышал замечания. Большого секрета в том, что он, Эрик – ниддинг, не было. Гребцам это было прекрасно известно. Но вслух такие вещи лучше не произносить. Как говорят христиане – не след подвергать ближнего твоего соблазну великому.

Удивительно было то, что Хелье тоже оказался ниддингом. Что мог натворить этот семнадцатилетний… нет, пожалуй, все девятнадцать есть, при ближнем рассмотрении… ну хорошо, девятнадцать – но что он мог такое сделать, что теперь он был – пария, изгой, легкая добыча для любого, носящего сверд и любящего получить выкуп?

– Куда же ты все-таки едешь, Хелье? – спросил Эрик с любопытством.

– Еще не знаю. Может, в императорские варанги заступлю в Кьельгарде.

Эрик засмеялся тихо.