Дикарка
Шрифт:
После всего, что Лия пережила, после года разлуки и горечи утраты она была потрясена тем, что по-прежнему желает этого человека.
Желает чисто физически.
Ее тело страстно тянулось к нему, но разум и сердце восставали. Сидя всего в нескольких дюймах от Марко, Лия ощущала такое сильное влечение, что ей становилось страшно.
Однако какая-то часть ее существа не боялась этого всепоглощающего влечения. В самой глубине души Лия не переставала верить, что Марко не враг, а ее герой, в которого она поверила с первой же встречи.
«На это нет никаких шансов, – явственно произнес внутренний голос. – Взгляни в лицо реальности, Лия».
– Меня зовут не Эй Джи, Марко, – резко огрызнулась она. – Мое имя – Лия. Господи, зачем ты так шутишь? Почему я должна тебе доверять?
– Почему? Ну… это для твоего же блага, – нерешительно проговорил Марко, не поворачивая головы.
Уловив его колебания, она моментально отреагировала едким замечанием:
– То есть меня застрелят для моего же блага?
– Ты сейчас ничего не понимаешь, Эй Джи, то есть, прости, Лия. Но когда-нибудь ты все поймешь, обещаю тебе.
– Ты обещаешь? Еще лучше. Ты же никогда в жизни ничего не обещал.
– Только тебе.
В изумлении Лия уставилась на Марко.
– Да, только мне. Но ведь я никогда и не просила что-нибудь мне обещать, правда? Я никогда не просила тебя обещать, что ты расскажешь мне о твоем прошлом и о том, чем ты занимаешься в доме Виктора, и что ты там делал в ту ночь. Я никогда не просила тебя обещать, что ты похитишь меня или наведешь на меня пистолет. И я точно никогда не попрошу твоего обещания не пристрелить меня как собаку. Тебя это устраивает, Марко?
Голос ее сорвался на крик, Лия ненавидела себя за то, что поддалась эмоциям. Из глаз потекли слезы, и она прокляла их, как прокляла ком, который вдруг застрял у нее в горле.
Чувствуя, что сейчас рыдания захлестнут ее, Лия резко поднесла ко рту обе руки, нарушив приказ Марко.
Она испугалась собственной дерзости, но тут же подумала: «Да что он сделает?» Лия посмотрела на Марко, все еще держа руки у рта, вызывающим взглядом «ну-ка выстрели!».
Марко не выстрелил.
По тому, как судорожно он сжал рукоятку пистолета, Лия почувствовала неуверенность Марко.
– Положи руки на щиток.
– Не положу. Марко пожал плечами:
– Я еще не потерял пистолет.
– Не принимай меня за дуру. Я не собираюсь бежать и получить пулю в спину. Но мои руки просто одеревенели, я не могу больше держать их на щитке. Дай мне передохнуть.
– Я понимаю, что ты устала, но… – не договорив, Марко посмотрел в зеркало заднего вида и вполголоса выругался.
– В чем дело? – Лия обернулась и увидела, что у них на хвосте висит какая-то машина. Она ехала так близко, что стало ясно: это погоня.
– Пригнись, – приказал Марко, нажав педаль газа.
– Нет! – взвизгнула Лия, резко повернулась и помахала пассажирам несущейся по пятам машины, забыв, что они не могут ее видеть за тонированными стеклами.
– Что ты делаешь, черт тебя дери? Пригнись! – рявкнул Марко, закладывая крутой вираж.
Машина преследователей тоже прибавила скорость. Лия не успела толком разглядеть пассажиров, поняла только, что их четверо, все они мужчины и она не знает ни одного из них.
– Помогите! – неистово закричала она, взмахнув рукой. Наверняка это полиция, ФБР или что-нибудь в этом роде. Ликуя от предчувствия близкого освобождения, Лия обрушила на Марко поток брани, когда он снова велел ей пригнуться.
– Давай, стреляй, ублюдок! – кричала Лия. – Сделай это на глазах полицейских! Сделай!
В ту же секунду Лия услышала странные щелчки.
Это были пистолетные выстрелы.
Но стрелял не Марко.
Выстрелы раздались из преследующей их машины.
Лия оцепенела от страха.
Память мгновенно вернула ее в ту кровавую ночь прошлого сентября, словно и не было прошедших месяцев, настолько живо встал перед глазами пережитый тогда ужас.
Лия не сопротивлялась, когда Марко, с силой схватив ее за голову, резко пригнул книзу. Скорчившись на полу автомобиля, едва слыша визг шин по асфальту, Лия закрыла глаза, стремясь зачеркнуть все пережитое, но память…
А все начиналось так невинно.
Однажды, это было вскоре после Дня труда, Марко сказал ей, чтобы она, вопреки обыкновению, не ждала его после работы в доме Виктора.
Марко настоял на том, чтобы Лия не рассказывала никому, даже своей подруге Джулиане, что они любовники. Лия была несколько обижена, решив, что Марко стыдится афишировать свою связь с простой горничной, но он сумел убедить ее, что это не так.
Не стоит сердить Виктора: он может подумать, что Лия пренебрегает своими обязанностями, и уволить ее.
Возможно, Марко и прав, неохотно согласилась Лия. Она много раз слышала, как Виктор напыщенно проповедовал высокую нравственность, и ей совсем не улыбалось стать мишенью для гнева патрона.
Кроме того, сама по себе запретная связь приятно щекотала нервы. До встречи с Марко Лия не была девственницей, но Эстевес стал первым мужчиной, который по-настоящему тронул не только ее тело, но и душу. То, что им приходилось скрываться от посторонних глаз, добавляло их отношениям неизъяснимую прелесть.
– Почему я не должна сегодня тебя ждать? Ты не в настроении? – поддразнила она любовника, коснувшись своими ярко-красными ноготками его широкой груди.
– Я всегда в настроении, когда речь идет о тебе, – ласково прорычал он и, обняв ее, поцеловал взасос, предварительно удостоверившись, что за ними никто не наблюдает. – Дело в том, что сегодня я вернусь очень ПОЗДНО.
– Я могу подождать. Мы сможем поехать куда-нибудь: я плачу, у меня сегодня зарплата. – Лия выташила из кармана пухлый конверт с наличностью и помахала им перед носом Марко.