Чтение онлайн

Накануне мне удалось убедить Тёмку поспать на свободной койке и отложить разборки до утра. Но если вечером Тёмка был не в настроении бороться за свое место, то с утра меня встречает его звенящий голос, когда захожу в комнату после завтрака.

– …это закон! Кто первый койку занял, тот на ней и спит.

Пока я пытаюсь вникнуть в происходящее, с верхней кровати доносится презрительный смешок.

– Еще что расскажешь, Пудель?

Лицо Тёмки краснеет так, что даже на смуглой коже видно. Он подлетает к койке, встает на ступеньки лестницы и хватает Руслана за воротник.

– Эй-эй! – вмешиваюсь я. – Решайте все на улице.

Тёмка с досадой отпускает Руслана, а я оборачиваюсь на Лёньку, но того уже нет в комнате.

– Слезай, – требует Тёмка.

– А ты заставь, – парирует Руслан, подложив руки под голову и закинув ногу на ногу.

Скрипят дверные петли. Мы с Тёмкой поворачиваем головы.

– Мальчики, – в комнату заглядывает бабушка. – Заправляйте кровати и идите умываться. Если хотите попасть на море до пекла, лучше сделать это сейчас.

– Хорошо, бабуль, – отвечаю я, стараясь перетянуть внимание на себя, чтобы она не заметила разлада между парнями.

– Уже сдружились? – мы с Тёмкой обмениваемся напряженными взглядами. – Руслан, как тебе здесь спалось?

Плечи сводит от напряжения. Сейчас он наплетет про нас какую-нибудь гадость и моря мы точно не увидим…

– Все нормально, хорошие ребята. Пуд… Артем вот мне свою койку отдал, – Руслан приподнимается на локтях.

– О, это замечательно. Артем, щедрость вознаграждается, – ба улыбается. Тут же улыбается и Руслан, словно зеркалит ее эмоции.

– Э-э, наверное, – бормочет Тёмка, опустив голову.

Его глаза темнеют, когда он в ярости. Пальцы подергиваются – пытается не сжать кулаки.

– Вот и славно, – ба уходит.

Едва дверь за ней закрывается, Тёмка поворачивается к Руслану и подходит к койке. Берется за деревянный край и сжимает до белеющих костяшек.

– Я тебе это припомню, – тихо, но отчетливо произносит он.

– Плохой мальчик, фу, – отвечает Руслан.

Тёмка стискивает зубы, хватает полотенце со щеткой и вылетает из комнаты.

– Ух-х, чтоб его! – Тёмка злобно сплевывает зубную пасту в раковину и полощет рот.

Поскольку ванная небольшая, а времени терять не хочется, мы все умываемся на улице, пользуясь ручным умывальником и чистой водой из бочки.

– Опять что-то не поделили? – тихо спрашивает у меня Лёнька.

– Руслан при бабушке сказал, что Тёмка ему койку уступил, – поясняю я.

– Беда, – Лёнька качает головой.

Мы заканчиваем умываться в тишине, пока на улице вдруг не поднимается галдение. По дороге идут девчонки примерно нашего возраста. Смеются, болтают будто чирикают, как птички. Выискиваю глазами кого-нибудь, кто станет моей музой, но в груди ничего не замирает. Столько книг, песен и фильмов посвящено любви, а мне до сих пор никто не нравился.

– Че, все музу ищешь? – цепляется Тёмка. – Кто-нибудь светится на твоем радаре?

Качаю головой. Вот вроде девчонки развиваются быстрее нас, становятся симпатичнее, а все равно воспринимаются как сестры.

– О, это же Лёня с Артемом и Сеней! – восклицает кто-то из девочек.

Мы пристраиваемся друг к другу. Стайку девчонок возглавляет Наталья Алексеевна, наша классная руководительница и учительница русского языка. Рядом с ней ее дочка, Юна, которую я иногда вижу в школе. Сати – темноволосая, сероглазая, с маленьким лицом и темными усиками над губой. За глаза ее иногда называют Гусаром. И еще несколько девочек из класса. Мама как-то говорила, что мама Сати и Наталья Алексеевна дружат. Видимо, ее отпустили отдыхать с подругой.

– Привет, девчонки! – Тёмка вскидывает ладонь и машет ею, широко улыбаясь и распространяя свое обаяние.

– Привет, – мы с Лёней тоже машем, но скромнее.

– О, мальчики, – замечает нас учительница. – Тоже отдыхать приехали?

– Ага, – отзываемся хором.

– Мы, если что, остановимся в домике в конце улицы. Приходите в гости!

– Как скажете, Ната Алесевна, – улыбка Тёмки становится лукавой. – Я уж точно к девчонкам приду, уже соскучился без их очаровательной компании!

Под их заливистые хохотки мы с Лёней переглядываемся. Почему-то от слов Тёмы становится стыдно, даже щекам жарко.

– Присмотрись к дочке Натальи Алексеевны, – предлагает Лёнька, когда одноклассницы отходят подальше.

– Кстати, да. Она ведь с нами не учится. Считай, новое лицо, – подхватывает идею Тёмка.

И ведь им не объяснишь, что сердцу не прикажешь. Нахожу Юну взглядом. Она выделяется на фоне остальных девочек слишком светлой кожей.

– У меня чувство, будто я смотрю на твоего двойника, – говорю Лёньке.

– Что-о?

– Она выглядит прямо как ты: голубоглазая блондинка.

– На что это ты намекаешь?

– Вы с ней в паре получше будете смотреться, – смеюсь я, пока Лёнька недовольно выдыхает сквозь зубы.

– Забей, Лёнич, – Тёмка похлопывает его по плечу.

– Пойдемте уже, – закидываю полотенце на плечо. – Давайте дедушке и бабушке поможем по хозяйству, а на море позже сходим?

– Да без проблем, – говорит Тёмка.

– Мне пока больше хочется в ритм этого места влиться, понимаете?

Переглядываемся с Тёмкой и качаем головами. Лёня вздыхает и шутливо отмахивается.

После короткого марафона благородства сажусь на кровать и мучаю блокнот. Вспоминаю, как вели себя одноклассницы и Тёмка, но описывать это не хочется. Будто чего-то не хватает.

Чи-рик!

Поднимаю голову. На подоконнике сидит птичка с рыжей грудкой. Смотрит на меня, вертит головой и вовсю поет. Вспоминаю, как она помогла нам с Тёмкой найти дорогу к колодцу. От моего неосторожного движения она улетает. Сую блокнот в карман шорт и выскакиваю на улицу, тщетно осматриваясь. Замечаю у калитки бабушку с ведром, полным клубники.