Чтение онлайн

Не менее десятка раз перечитываю чертово письмо и… ничего.

Как я могу не прятаться от всего мира с ТЕМ, что имею за спиной? Как прожить без фигурного катания, ведь ничего другого я просто не умею делать? Что за ерунда с полетами? Как перестать считать себя уродом, если я не ослепла, а обзавелась физическим дефектом? Что значит «не пытайся спасти тех, кому не суждено быть спасенным»? Как можно принять и гордиться подобным отклонением? И что еще за прадедушка Гавриил?

Единственное с чем я охотно соглашаюсь, понимаю, и принимаю это то, что моя жизнь никогда не станет прежней, даже если уже завтра эти конечности отсохнут.

Поток мыслей выводит мой мозг из строя. На бессчетном количестве круговорота вопросов в голове, сжимая в руке не убиваемый лист бумаги, я выпадаю из реальности. Я не в состоянии отличить действительность от всплесков подсознания. Медленно отключаюсь, видя перед глазами старца напомнившего своей доброй улыбкой, мудрыми голубыми глазами и густой белой бородой деда Мороза, вот только на нем не красные одежды, а молочного цвета мешковатый кафтан и штаны темнее на пару тонов. Странно, но ловлю себя на мысли, будто это и есть мой прадедушка. Нужно будет со всем этим разобраться… Обязательно нужно изучить от корней до кончиков листьев свое дерево рода… Я должна вернуть себе свою жизнь…

С подобными рассуждениями мой разум утопает в небытие.

Глава 3

Черный автомобиль неизвестной мне марки плавно приближается к фешенебельному ресторану. Вывеска «Цезарь» не о многом говорит в отличие от количества золота и вензелей на ней. Однозначно место весьма популярное в определенном кругу. Себялюбивые мажоры, престарелые мачо и мечтательные альфонсы являются постоянными гостями, желанными гостями заведения, о котором я не раз слышала, но ни разу не видела его воочию.

Авто останавливается прямо напротив входа. Дверь, со стороны водителя, резко открывается и одетый в черную униформу со смешной кепкой на голове парень, спешит поухаживать за своим шефом. Лакей ловко открывает наполированную до сумасшедшего блеска дверь. На асфальте сначала появляется пара восхитительных лакированных туфель, а затем выныривает и сам владелец.

– Артем, через… - мужчина лет пятидесяти в роскошном костюме цвета самого синего неба, озадачено вглядывается в циферблат далеко не дешевых часов украшающих его волосатое запястье.
– Жду тебя на этом месте через полтора часа. Милена Робертовна подготовила кейс. От тебя требуется только доставить его в целости и сохранности из точки «А», в мои руки.

– Будет сделано.

Парень с готовностью подчеркнул собственные слова одним-единственным кивком головы. Движение было настолько отработанным, будто к исполнению барских распоряжений был готов не человек, а робот.

– Можешь отправляться прямо сейчас.

В этот раз парень не проронил ни единого слова. Мужчина отошел от своего авто на пару шагов, после чего Артем хлопнул дверцей и поспешил вернуться на свое рабочее место водителя.

Авто, все так же плавно, сдвинулось с места и вскоре исчезло за поворотом. Мужчина в дорогом наряде не спешил переступать порог ресторана, время от времени посматривая на наручные часы.

За прозрачным дверным стеклом входа в «Цезарь» заметно нервничал швейцар, который, судя по всему, не мог расслабиться, пока у порога ресторана сновал туда-сюда ИХ клиент. Парень все время дергался, готовый в любую секунду распахнуть дверь перед желанным гостем, но тот, как назло, все никак не решался войти.

То, что произошло дальше, произошло слишком быстро, слишком неожиданно, слишком абсурдно.

Мужчина достал из внутреннего кармана пиджака телефон:

– Евушка, милая, как долго прикажешь мне себя ждать? Напомню, я далеко не мальчик и уже не припомню, когда в последний раз торчал у порога ресторана в ожидании чуда. Девочка моя, играешь с огнем.

Немного смуглое островатое лицо, кажется мне знакомым. Приторно-слащавый голос абсолютно не соответствует внешности не молодого, высокого, строгого бизнесмена в аккуратных очках из белого золота. Это было даже хуже, чем пенопластом по стеклу. На другом конце провода ему что-то отвечали, но что именно совершенно не важно.

Из ниоткуда, на тротуарной дорожке ресторана возникает черный лабрадор. Он несется быстрее ветра. Его холеная шерстка красиво переливается всеми красками вечернего города. Глаза пса пугающе злые, а из пасти длинным шлейфом тянется слюна. Собака целенаправленно делает один прыжок…

Платиновый телефон глухо ударяется о брусчатку. Рядом с баснословно дорогим гаджетом приземляется тело мужчины с транслирующими ужас глазами. Очки падают рядом. На губах застывший крик. Обе руки заняты борьбой с псом, крепко сжимавшим своей пастью горло. Сонная артерия перекусана. В считанные секунды всё - телефон, очки, тело мужчины и пса, утопает в вязкой алой жидкости.

Швейцар скорее автоматически, нежели со знанием дела, падает на колени у распластавшегося на пороге его рабочего места мужчины. Он без особого труда высвобождает перекусанную напополам человеческую шею из пасти почему-то мертвого животного. Пытается помочь мужчине чем-то еще, но… пульс отсутствует.

Швейцар набирает номер скорой помощи, это последнее, чем он может помочь.

Душераздирающий крик, разносящийся по квартире, вырывает меня из оков сна. Это кричу я и тут же вскакиваю. Резкие движения не проходят бесследно для моего нынешнего состояния. Какое-то время я продолжаю кричать, но уже не из-за кошмарного сна, а более пугающей реальности.

Всю спину обожгла острая боль, которая слишком быстро прогулявшись по всему телу, не пощадила даже кончиков пальцев на ногах.

Слезы срываются и падают на зеленый ковер. Несколько минут я нахожусь в ступоре. Я слишком хорошо понимаю, что в очередной раз стала невольным свидетелем смерти. Когда тело и душу, наконец, отпускает, я принимаю единственно правильное решение - действовать. Дальше ТАК продолжаться не может.

Срываю с себя наряд, ставший в последнее время моей второй кожей. Идеальное выпускное платье я превратила в повседневную одежду. Легким движением ножниц длинное в пол вечернее платье с глубоким вырезом на спине, я почти сразу перекроила в ненужную юбку и неаккуратную майку. Это было решение продиктованное обстоятельствами. Красивые костюмы для выступлений было жалко, а других вещей с открытой спиной в моем гардеробе не нашлось. Нижняя часть моего несчастного тела все три недели была одета в теплые пижамные штаны.