Данфейт
Шрифт:
– Ты не меняешься, Дани.
– Мой термостабильный костюм мне милее.
– Тебе не мешает привести себя в порядок, - заметила Ирия.
Данфейт поднялась с кровати и скинула с себя рубаху.
– Грязь из-под ногтей уберу, волосы расчешу. В остальном, как видишь, полный блеск.
– Ты побрила ноги?
– удивилась Ирия.
– И не только ноги, если ты заметила. Готовилась к визиту в деревню... Shai!..
Дани присела на кровать и только сейчас вспомнила, что с ней произошло вчера.
– Ублюдок...
– Я предупреждала тебя на счет твоего романа с одним из мияйн. Мужчина должен быть рядом, когда ты с ним встречаешься, а не где-то там...
– Мне казалось, что ты не умеешь читать мысли?
– Морайя написала мне о том, что произошло.
– Знаешь, сейчас я жалею, что наладила связь с деревней.
– Ладно, что об этом говорить. Одевайся. Ужин через час.
Как и обещала, Дани расчесала волосы и избавилась от грязи под ногтями. Утягивать грудь она не стала, и без того тяжело было дышать. Вооружившись ножом, на случай, если захочет прирезать сестру, Данфейт покинула комнату и спустилась вниз. Там, посреди большого зала, где были расставлены кресла вокруг камина, собрались Айрин, Орайя и Кимао. Услышав их голоса, Данфейт остановилась и заблокировала сознание.
– Поговори с ним, - произнес Орайя.
– Мне не о чем с ним говорить. Он как всегда делает только то, что ему кажется правильным.
– Мне тебя жаль, честно, - покачала головой Айрин.
– Кого из нас?
– Со временем ты поймешь, что тебя.
– Возможно... Но все равно, сейчас нам лучше помолчать, - шикнул Кимао и посмотрел в сторону лестницы, где наверху стояла Данфейт.
Дани сделал вид, что только что там оказалась.
– Добрый вечер, - ответила девушка и начала спускаться вниз.
– Мы сделали ставки на то, когда ты проснешься. Я победил, - улыбнулся Орайя и подмигнул Данфейт.
"Подмигивающий зрячий... Очень интересно..." - подумала Дани и вдруг одна ее нога подкосилась и сорвалась со ступеньки.
Данфейт успела сгруппироваться и повиснуть на перилах.
– С тобой все хорошо?
– вопросительно произнесла Айрин.
– Да...
– неуверенно ответила Данфейт и поднялась на ноги.
– Ты какая-то зеленая...
– Спасибо за комплемент, Айри, - ответила Данфейт и состроила кривую улыбку на лице.
На этот раз обе ее ноги подкосились и она, не успев схватиться за перила, полетела вниз.
Когда Дани открыла глаза, над ней маячило лицо Кимао. Ты смотри, побрился...
– Значит, все хорошо, - ответил мужчина и протянул ей руку.
– Спасибо, - ответила Данфейт, поднимаясь на ноги с пола.
Что-то было не так. У нее ничего не болело. Девушка даже прикоснулась к своей голове, чтобы нащупать шишку на затылке.
– Странный день, - покачала головой Данфейт и направилась прямиком к креслу. По дороге у нее еще раз заплелись ноги, но она сгруппировалась и не упала.
Кимао, Айрин и Орайя, молча, смотрели на нее. У всех на лицах застыло недоумение.
– И это все?
– спросил Кимао.
– Ты о чем?
– не поняла Дани.
Кимао прищурился и посмотрел на Орайю. Тот отрицательно покачал головой и взглянул на Айрин.
– А мне откуда знать?
– возмутилась девушка.
– Что случилось?
– прокричала Данфейт, приподнимаясь в кресле и свешиваясь с подлокотника.
– Оставьте нас, - попросил Кимао.
Орайя и Айрин не стали перечить. Девушка посмотрела на сестру с некой жалостью, и вышла следом за Орайей.
Кимао присел в кресло рядом с Дани. Он не хотел смотреть на нее, но знал, что рано или поздно ему придется это сделать. Дерева поднял глаза и встретил усмешку. Вот, сейчас он спросит ее о главном, а когда она поймет суть произошедшего, улыбка покинет ее лицо. Кто знает, когда она улыбнется ему в следующий раз, и улыбнется ли вообще когда-нибудь?
– Ри рассказывал тебе о "Возвышении"?
– Это ритуал посвящения аркаина, когда тот становится зрячим.
– И в чем он заключается, ты знаешь?
– Не совсем, но думаю, что это связано с каким-нибудь испытанием, - пожала плечами Данфейт.
– А что ты знаешь о "матриати"?
– "Матриати"?
Кимао закрыл глаза и потер рукой уставшие веки.
– "Возвышение" - это ритуал, в котором принимают участие два аркаина. Один из них становится зрячим, а другой - матриати.
– Это что, борьба какая-то?
– Нет. Это этап в жизни аркаина, когда он должен принять отведенную для него роль. Тот, кто сильнее, получит все. Тот, кто слабее, потеряет свою свободу.
– Ты хочешь сказать, что "зрячими" называют тех, кто поработил кого-то?
– Да.
– В чем же заключается суть "Возвышения"?
– В сексе. Тот аркаин, что сильнее, прикрепляет к своей оболочке того, кто слабее во время оргазма. Первый, после "Возвышения" называет себя "зрячим", второй - "матриати".
– Ты говоришь о рабстве?
– Называй, как хочешь, - ответил Кимао и отвернулся.
– Одни созданы для того, чтобы управлять, другие - чтобы охранять тех, кому принадлежат.
Данфейт молчала. Она еще не осознала того, что он хотел ей сказать. Безусловно, она все поняла, но еще не осознала...
– Ты хочешь сказать, что мы с тобой...
– Да, переспали.
– Когда?
– Ночью.
– И ты сделал из меня раба?
– Матриати, а не раба. Когда твое поле привыкнет к тому, что зависит от меня, силы вернутся к тебе.
Данфейт продолжала внимательно на него смотреть. Он повернулся к ней и заглянул в глаза. Он чувствовал себя предателем, лжецом, который обманом лишил свободы другого человека. Она теперь принадлежала ему, как вещь. Как к вещи он и обязан был относиться к ней. Его желания для нее закон. Любая прихоть, любой каприз должны были быть удовлетворены по первому требованию. Иначе... Что иначе? Он сможет ее убить? Он сможет заставить ее корчиться в муках перед ним? Он принесет ей страдания, гораздо большие, чем физическая боль? В том мире, где существовал он, матриати не уважали. И даже страх быть повергнутым от руки зрячего, которому принадлежит раб, не способен был изменить этого. Но все равно, каждый день пары связанных создавались вновь и вновь. Одни соглашались сыграть в игру, где победителем должен был оказаться только один. Другие подчинялись добровольно, чтобы навсегда связать свою судьбу с тем, кого по-настоящему любили.