Цыц!
Шрифт:
— Продажи!
— Чой-то я не пойму, типа если автор хорошо продается, так ему еще и рекламу?
— Ага. Чтоб еще лучше продавался.
— Глупо как-то… Надо рекламировать того, кто плохо продается.
— Примитивный подход. Кстати, я вам дам еще один совет!
— Ну-ка!
— Надо стать звездой гламура! Светиться везде и всюду! Тогда наше начальство скорее всего не устоит и расщедрится на рекламу. Любит оно медийные лица и сиськи. Правда, в таких случаях с продажами все равно будет плохо, но это уже не важно.
— Ты, типа, надо мной издеваешься?
— Нет, я просто перечислила все возможности или по крайней мере известные мне способы обвесить город щитами с вашей рекламой.
— А чего, Мушкеров хорошо продается?
— Неплохо. У него есть своя аудитория.
— Я пробовала читать, скукота!
— На вкус и цвет товарищей нет.
— А как тебе кажется, какой способ мне больше подойдет? — наивно осведомилась красотка.
— Найти спонсора, который проспонсирует все. А главное, объяснит, что вам не нужно книги писать! — не выдержала Лиля.
— Аааа! — завопила девушка. — Ах ты дрянь, ты типа как разговариваешь? Знаю я вас, вы мне все завидуете, потому что я красивая блондинка! Вот я сейчас пойду к Сергею Ивановичу!
В комнату влетела Марина.
— Что тут за крик?
— Марина! Я требую уволить эту девицу!
— Какую девицу? Лилю? Лиль, что случилось?
Лиля не успела и рта раскрыть, как девица заорала, абсолютно утратив весь свой лоск:
— Я требую, чтобы мне дали другого менеджера! Эта сучка просто лопается от зависти и норовит меня ужалить побольнее! Я не позволю так со мной разговаривать! В конце концов я писатель!
— Писатель, писатель! Только успокойтесь! — попыталась ее урезонить Марина.
— Я к ней пришла как к человеку, спросить совета, она ведь обязана мне советовать! А она… А она… Она сказала, чтобы я нашла спонсора, который мне скажет, чтоб я типа книжек не писала! Так вы всех авторов разгоните! С такими наглыми сучками!
Вдруг в дверях Лиля с ужасом увидела Владимира Эдуардовича. Он стоял, с интересом наблюдая сцену. Как он отреагирует, понять было нельзя. Он человек не слишком предсказуемый.
— Вова, мы тут сами разберемся! — махнула рукой Марина.
— Ну почему? Давайте уж разберемся вместе. Для начала, уважаемый писатель, хочу заметить, что ваши познания в зоологии хромают на обе ноги.
Воцарилась тишина. Никто ничего не понял.
— Вы тут кричали, что ваш менеджер сучка, которая норовит побольнее ужалить. Но сучка, представитель семейства псовых, может разве что укусить. А жалят либо насекомые, либо пресмыкающиеся.
Девица только тяжело дышала.
— Далее, я, безусловно, не могу завидовать тому, что вы красивая блондинка, правда? Я могу этому только радоваться! Как мужчина я высоко ценю этот тип женщин. А посему, советую вам успокоиться и впредь — его голос стал жестким, в нем зазвучали металлические нотки, — попрошу не устраивать истерик. Это не место, здесь люди работают. Лиля, извинитесь! — он подмигнул ей.
— Я извинюсь только в том случае, если извинится так называемый писатель, — ее уже трясло от злости.
— Ладно, я это… извиняюсь типа…
— И я тогда дико извиняюсь… типа… — добавила Лиля, а Вова погрозил кулаком, но совсем не страшно.
Когда возмущенная, но все-таки пристыженная красотка ушла, Лиля в изнеможении откинулась на спинку стула.
— Фу, сил моих нет!
— Молодец, хорошо держалась, — подбодрила ее Таня.
— Но Вова — просто супер! Скажи, Марина?
— Супер-то супер, но кто ее сюда привел? Он и привел. Нет, я никогда не пойму, зачем мы всю эту шелупонь печатаем? Лиль, ты чего, совсем сомлела? Возьми ключи от моей машины и пойди полежи полчасика, я тебя прикрою.
Марина знала, что Лиле иногда необходимы эти полчаса.
— Да, спасибо, Мариночка. Девчонки, простите!
— Да иди уж. Только смотри, чтобы тебя не засекли.
Лиля спустилась вниз, вышла во двор, открыла Маринину «Мицубиси-лансер», юркнула на заднее сиденье, накрылась пледом и мгновенно уснула. Через полчаса она проснулась освеженная. Хорошо все-таки иметь свою машину. Сколько раз мама предлагала ей подарить машину, но она всегда отказывалась. А может, стоит все-таки купить? Но, с другой стороны, сколько у моторизованных девчонок проблем с их железными друзьями… Ну его. Обходилась и дальше обойдусь. Времени меньше теряешь, когда не стоишь в пробках.
Она достала расческу, пудреницу, помаду, привела себя в божеский вид. Вылезла и в момент, когда собралась включить сигнализацию, ее кто-то тронул за плечо. Она вздрогнула, оглянулась. Ринат.
— Это ваша машина?
— Нет! Моей начальницы. Она попросила кое-что взять…
Кажется опять врет! усмехнулся он про себя.
— А почему у вас нет машины?
— А зачем мне?
— Странный вопрос. Чтобы не таскаться на метро хотя бы. Или вот вчера одна знакомая пожаловалась, что закрыли магазин «Стокманн на Смоленской», а без машины до всех этих Мега-моллов не добраться. Очень женский подход.
— А черт с ним, со «Стокманном», обойдусь.
— И вы водить не умеете?
— Училась когда-то. Права получила. Но муж за руль не пускал с тех пор, как я на даче у его родителей в забор въехала. Ой, простите, Ринат, мне надо бежать.
— Бегите, Лилечка. До вечера. Вы сейчас такая красивая…
Она сомлела. А он сел в свою красную машину и уехал.
Ой мамочки, что же это делается…
В половине шестого он позвонил.
— Как ваши дела? Когда освободитесь?
— Ой, думаю, не раньше семи.
— Может, мне зайти за вами? Тогда быстрее отпустят?
— Да нет, я должна еще дождаться одного человека.
— Лиля, а этот человек точно придет?
— Точно. Ему это нужнее, чем мне. Ой, вот и он.
— Тогда я через двадцать минут жду вас внизу. Я тут неподалеку.
— Хорошо, спасибо!
На разговор с автором, который пришел за билетами на поезд в Казань, куда он ехал на встречу с читателями, ушло около получаса. Он был мужчина крайне разговорчивый. Вернее, говорливый. Слышал только себя и токовал как тетерев.