Чудо-компасы

Удивительные, часто поражающие наше воображение действия совершают животные. Многие птицы улетают осенью на сотни и тысячи километров и весной вновь возвращаются на родину. Киты регулярно мигрируют как в Северном полушарии, так и в Южном, передвигаясь по океанским просторам без видимых ориентиров. Большие расстояния проплывают морские черепахи, прежде чем достигнут пляжей, где откладывают яйца. Под водой, и также без определенных ориентиров, проходят сотни километров стаи сельдей, идущие на нерестилища. Совы и летучие мыши даже с заклеенными непрозрачным пластырем глазами продолжают успешно ловить добычу, первые — точно определяя ее местонахождение по шороху, а вторые — «прощупывая» пространство ультразвуковым лучом и ловя его отражение от тела добычи. Дельфины без помощи зрения, пользуясь той же эхолокацией, отличают препятствия и несъедобные предметы от пищи.

А как находят пищу рыбы в абсолютно непрозрачной воде Нила, Аму-Дарьи и некоторых других рек? Чем и как помогает им электрический орган? Могут ли ориентироваться животные по магнитному полю Земли? Как находят дорогу к родному гнезду, норе или иному убежищу птицы и звери, перевезенные в заведомо неизвестное им место — иногда за десятки, сотни и даже тысячи километров от дома? Как пчелы передают друг другу информацию о том, где находятся медоносные растении?

Эти и множество других, подчас еще более сложных загадок встают перед пытливым взором наблюдателя, который видит, что животные могут все это делать, но не знает, с помощью каких средств они этого достигают.

Первобытные охотники были первыми исследователями жизни животных. Многое они понимали правильно в их поведении, но, не зная побудительных причин поступков животных, обожествляли их, наделяли сверхъестественными способностями.

В последние десятилетия успехи физики, математики и химии вооружили биологию новыми идеями и средствами исследования. Родились биохимия и биофизика, возникла кибернетика. Появилась возможность проникнуть в сущность многих явлений жизни и выявить их физико-химические основы. Результаты таких исследований живых (биологических) систем стали все шире использоваться инженерами при конструировании сложных вычислительных машин, локаторов, навигационных приборов. Родилась новая область знаний — бионика, где в творческом содружестве бок о бок трудятся биологи, математики, физики и инженеры. На живую природу — наши леса, луга, водоемы, живые организмы — мы начинаем смотреть как на кибернетические системы, которыми можно управлять, заранее предвидя результаты вносимых нами изменений. Воздействие человека на природу увеличивается с возрастающей силой. Поэтому так необходимо глубокое знание растительного мира, живых организмов и, в частности, их ориентации в пространстве.

Этим вопросам и посвящена книга Константина Иосифова. В ней в увлекательной и доступной форме показано, какие результаты достигнуты в области изучения ориентации животных и как много еще остается в этой проблеме неясного и просто неизвестного.

Молодых читателей не может не увлечь множество интереснейших перспектив, открывающихся перед пытливым взором исследователя-биолога, инженера-конструктора и других специалистов, которые должны заботиться о рациональном использовании и охране наших природных богатств.

Многие из школьников могут избрать в будущем этот путь, и книга К. В. Иосифова, написанная очень интересно и в то же время с большой научной добросовестностью, поможет им в этом.

Доктор биологических наук

профессор Н. П. Наумов

Эх, если бы звери, птицы, крабы и всякая букашка-таракашка умели разговаривать! Я бы прежде всего обратился к ним с просьбой: «Расскажите, друзья, о своих путешествиях! Куда вы путь держите и как умудряетесь не заблудиться?»

Много разных историй гуляет по свету об удивительных навигационных способностях животных, их умении находить дорогу.

Однажды женщина завезла свою скромную кошечку из Осло за шестьсот километров на север Норвегии. Обстоятельства сложились так, что хозяйке пришлось уехать оттуда. Она оставила кошечку на попечении друзей, обещая скоро вернуться.

Кошка планов хозяйки не знала. Она потосковала, потосковала, а потом взяла инициативу в свои кошачьи лапы и отправилась домой.

Она удирала днем от собак и мальчишек, ночью шарахалась от чудовищ, что с грохотом проносились мимо, обдавая ее горячим бензиновым дыханием, и не догадывалась, что люди, сидящие за рулем, видя отблеск фар в ее зеленых дьявольских глазах, вспоминали разную лесную нечисть и на всякий случай притормаживали.

Через несколько месяцев кошечка добралась домой, удивив этим и хозяйку, и всех в округе. Что же касается газетных репортеров, которых, как известно, удивить не так-то просто, то они, прослышав про ее подвиг, тут же бросились к телефонным аппаратам, чтобы передать экстренное сообщение.

Но как ты шла, ласковая, домашняя мурлыка? Вдоль железнодорожного полотна, по которому страшилище завезло тебя в чужие края? Или прямиком — по горам и долинам? Обходила ли ты города? Что делала, когда на пути оказывалась река, озеро, фиорд? Переплывала их, подавив на время исконную кошачью нелюбовь к купанию? Искала мосты? А как узнавала, где мост — справа или слева?

Многое дали бы тебе репортеры, чтобы получить от тебя ответы на эти вопросы. Но — увы! — ты не склонна давать интервью.

Тогда, может быть, ты, мой хитрый кот Арамис, поведаешь мне о своих навигационных способностях? Ведь ты тоже не растеряешься, если тебя занести далеко от дома.

Но Арамис лишь сладко потягивается, мурлычет что-то свое кошачье и тут же засыпает, хитро прищурив один глаз.

А ты, благородный пес д’Артаньян? Тебе, возможно, было бы полезно узнать про подвиг твоего сородича овчарки Рольфа, — подвиг верности и преданности хозяину.

Заслышав мой голос, ты вскакиваешь, кладешь тяжелую голову мне на колени, и я читаю в твоих преданных глазах: «Ради тебя, моего друга и хозяина, покровителя и бога, я готов на все. Только прикажи — вывернусь наизнанку!»

Охотно верю тебе, пес. Ты не остановишься ни перед чем ради нашей дружбы. Но вначале выслушай, что совершил этот самый Рольф.

Рольфа взяли от хозяина и отвезли из Киева в Павловск, что находится недалеко от Ленинграда. Несколько раз Рольф пытался удрать, но каждый раз его ловили и сажали на цепь. Лишь через десять лет Рольфу удалось бежать.