Чтение онлайн

Забыв, что руки у меня связаны за спиной, он протянул мне трубку.

— На, супермен, позаикайся со своим хозяином. Увидев, что я пытаюсь ухватить трубку зубами, вздохнул, покачал головой и пробормотал:

— Ничего не может! Даже гнилую бельевую веревку развязать!

Руки мне освободил низкорослый, узкоглазый человек неопределенного возраста, похожий на вьетнамца, который, казалось, все это время стоял под дверями мансарды, и едва Жорж приоткрыл ее, тотчас оказался на пороге комнаты. Он двигался частыми бесшумными шагами, опустив вниз плечи и прижав руки к бедрам, а одет был в плотно облегающее черное трико, словно исполнитель пантомимы.

Когда вьетнамец удалился, Жорж передал мне трубку. «Кто они такие? — думал я, с ужасом понимая, что сейчас начну путаться, неумело лгать и своим же языком вырою себе могилу. — Может быть, менты?»

Я тихо кашлянул и, стараясь говорить бесцветным голосом, похожим на голоса людей всей планеты, произнес:

Цончик.

Фуенчик! Идиоты! Кретины! — ворвался мне в ухо поток ругательств. — Где вы подобрали эту бомбу? Вам что было приказано? Элементарное дело, на шпану рассчитанное. Вы нашли этого ублюдка? Он что, вас, четверых дегенератов, обвел вокруг пальца?! На кой хрен я плачу тебе деньги? Когда я брал тебя на работу, ты что мне говорил?..

Хорошо, что он не давал мне ничего ответить, потому как отвечать было нечего, и я мимоходом просеивал весь этот базарный диалект, отыскивая крупинки информации. «Ублюдок», которого «четверо дегенератов» должны были найти, по всей видимости, это я, то есть, Кирилл Вацура. Мне сейчас представлялось, что моя личность раздвоилась, и копия, Вацура-2, бродит где-то по морозной предновогодней Москве, а я должен максимально обезопасить его жизнь.

Мы нашли его, — слабым голосом произнес я. — В пятом часу он вышел из «Элекс-банка».

Это я знаю! — нервно ответил мой абонент. — Дальше!

Мы закрыли стоянку, где он прогревал автомобиль…

Да не пересказывай мне то, что я сам же приказал сделать! — взвизгнул мой «хозяин». — Дубина стоеросовая! Я спрашиваю, где он?

Мы его потеряли на две-три минуты, — ответил я, сходу придумывая легенду. — Он выбежал на набережную. Мне кажется, что там его кто-то ждал и обменял кейс.

А-а-а! — страшным голосом закричал мой нервный «хозяин». — Обменял! Это же можно было предвидеть! Вам подсунули бомбу, а вы ее заглотили, как куры гнилого червя! И не успели отъехать, как сразу стали вскрывать кейс?

Да, — покаялся я.

Кто этот безмозглый тюлень? Нет, вам досталась слишком легкая смерть. Ты так не умрешь. Ты за всех расплатишься! Я тебе устрою все круги ада! Я спрашиваю, кто вскрыл кейс?!

Если бы я знал имя или кличку хотя бы одного из пассажиров взорвавшейся машины! Я ответил:

Не знаю.

Все ясно, — уже спокойным голосом произнес «хозяин». Так бывает, когда человек окончательно убедится в правоте своего решения. — Тебе скоро встречаться с ними на том свете, и ты не хочешь называть имя. Мне, впрочем, все равно. Ты зря выжил, Цончик.

Вацуру, кажется, я спас. Мой виртуальный двойник затерялся в многолюдной Москве. Никто уже его не ищет. Но над Цончиком навис дамоклов меч, а к его шкуре я прилип так крепко, что от удара ни увернуться, ни прикрыться. Я кинулся в ноги мобильному телефону, который сейчас олицетворял моего «хозяина».

Постойте! — взволнованно заговорил я. — Я не могу отвечать за действия тех троих. Но за каждый свой шаг я готов отчитаться. Если бы мне не помешали, я бы взял Вацуру голыми руками!

Если бы, если бы! — прервал меня «хозяин». — Ты все ищешь идеальные условия для работы.

Дайте мне шанс исправить ошибку! — еще с большей энергией заговорил я, чувствуя, что «хозяин» вот-вот «расколется». — Я найду его за три дня. Я знаю, где его искать! Я приволоку его к вам живым или мертвым!

Он мне нужен живым, Цончик! Я не коллекционирую трупы. — Возникла долгая пауза. «Хозяин» уже помиловал меня, но нарочно тянул время, чтобы насладиться властью надо мной — властью удава над кроликом. — Хорошо. Я дам тебе три дня. Если ты не найдешь его, то лучше сам ныряй под лед.

Мне нужны две вещи, — поспешил я воспользоваться милостью «хозяина». — «Пушка» и мобильный телефон.

— Хорошо, тебе подвезут, — на удивление, легко согласился «хозяин». — Все, Цончик. Мы обо всем поговорили. Время пошло.

Связь оборвалась. Я положил трубку на кровать, перед которой сидел на полу. Лицо мое горело, и мне нестерпимо хотелось лечь навзничь в снег. Жорж, покачивая лаковой туфлей, сидел в кресле и с ленинским прищуром смотрел на меня.

Что, ржавая гайка, нам снова шагать по жизни вместе? — Он скользнул взглядом по моим босым ногам. — А твоя самоуверенность мне нравится. Но только не фамилия. У тебя просто идиотская фамилия… Давно ты на Пашу работаешь?

Не очень, — ответил я, поднимаясь с пола. — Вы не могли бы найти мне какую-нибудь одежду?

Да, — согласился дядя Жорж с тем, что мне надо переодеться. — В этом виде ты напоминаешь мне беглого психически больного… Так что тебе пообещал твой хозяин? Подвезут то, что ты просил?

Я кивнул. Жорж призадумался, играя золотой цепочкой с кулоном.

— Ну, ладно, — сказал он, поднимаясь с кресла. — Пойдем со мной.

Мы вышли из мансарды и по закрученной лестнице спустились в большую комнату, в которой было все, что определяет роскошь: и дорогая мягкая мебель, и декоративные колонны, и мраморные скульптуры, и зимний сад с журчащим в его дебрях миниатюрным водопадом. Правда, всего этого было слишком много, и я шел за Жоржем, как за экскурсоводом по музею.

Значит, я начал охоту на самого себя. Трудно вляпаться в большую глупость. Вместо того чтобы волком кинуться по следам Влада, я сам себя запутал в сетях весьма неопределенной третьей стороны, где все для меня было темнее ночи. Я понял только одно: от автостоянки до набережной за мной гонялись люди «хозяина», которого зовут Паша, а из больницы увезли люди Жоржа. Сказать определенно, какую роль играла та и другая группа в моей судьбе, как и в криминальном мире, я пока не мог, потому как они уж очень смахивали одновременно и на представителей спецслужб, и на мафию.