Чтение онлайн

– Хм… – хитро прищурившись, усмехнулся Петр. – А ты – хорошая ученица.

5 апреля 1704 года. Остров Южный [24] . Форт Норд

Поручик Воронов внимательно наблюдал в подзорную трубу за небольшим отрядом самураев, мелькавших на гребне холма.

– Нападут? – поинтересовался капитан флейта «Виктория», приписанного к Софии – столице российских владений на Дальнем Востоке.

– Обязательно нападут. Иначе как оценить оборону? С таким противником они еще не сталкивались. Им понять нужно, что к чему. Так что, Алексей Федорович, ступай на флейт. Ежели что не так – поддержи из своих пушек. Понимаю, что их немного. Но нам больше не на что рассчитывать.

А день шел своим чередом. Отряд княжества Мацумаэ не спешил атаковать непонятную крепость этих северных варваров, что несколько лет назад пришли откуда-то из-за моря. Наступила ночь. Тихая, но беспокойная. Благо, что поручик догадался организовать дежурство посменно и дать выспаться своим людям.

Лишь наутро третьего дня эта игра завершилась атакой. Не очень удачной. Та сотня воинов, что осталась лежать под стенами форта, просто не знала, что такое фланкирующий огонь картечью. Впрочем, противник и не стремился любой ценой взять укрепления. Скорее он проверял их на прочность.

Спустя две недели. София-на-Сахалине

Софья была слегка встревожена известием о попытке штурма ее форта на Южном.

– Отбили?

– Конечно, Софья Алексеевна. Отбили. Пороха, правда, пожгли изрядно. Они ведь поначалу по-простому хотели – с лестницами пошли. Но не вышло. Так позже пытались разными иными способами нас выкурить. Стрелы метали как простые, так и подожженные. Со стороны моря на лодках подходили. Но ничего не вышло.

– Много ли у тебя людей осталось?

– Двадцать три человека, из них половина ранены, но не сильно. В случае чего – в строй встать смогут.

– А огненного припаса?

– Выстрелов на десять пушкам. Все остальное пожгли.

– Игнат, – кликнула баронесса Сахалинская писца. – Игнат! Где ты прохлаждаешься?!

– Я здесь, ваше высочество, – подобострастно пискнул уже немолодой мужчина доходяжного вида.

– Следи за языком! – рявкнула она, очень переживая за то, что до ее брата дойдут эти глупости. После сведений о грандиозных победах при Минске и Бресте она совершенно перестала тешить себя надеждой. А менять хоть и ссылку, но с уважением и положением, на каторгу на рудниках Новой Земли ей очень не хотелось. – Дурень! – уже тише добавила она. – Отпиши Виссариону в крепость, чтобы пороха выдал три большие бочки пушечного и две малые – ружейного. Хватит ли тебе? – поинтересовалась она у Воронова.

– Должно хватить, – почтенно кивнул он. – Но мне надобно также и свинца на пули, да картечи железные, пыжи и прочее.

– Слышал? – окликнула она Игната. – Пиши. Нам тот форт терять совсем ни к чему. Что еще было?

– После отражения штурма местные приходили, – тихо произнес Воронов. – Предлагали помощь против самураев. Видимо, их наш успех обнадежил.

– И как поступил?

– Поблагодарил и взял в крепость три десятка молодцов на обучение. Не бойцы, но в случае штурма могут помочь как руками, так и луками. Да еще уговорились, что я с тобой посоветуюсь о том, можно ли их в форт пускать.

– В форт? Вот они что удумали, – хмыкнула Софья.

– Только женщин и детей малых, – поняв сомнения баронессы, добавил поручик.

– Ну что же. Так можно. Но с них тогда надобно помощь выторговать, чтобы форт укрепить и расширить. Он ведь мал. Много не вместит, – задумчиво произнесла сестра Петра.

На том и порешили. Воронов ушел. А Софья, потирая лоб, уставилась на карту, на которой, согласно советам брата, отмечала все стратегически важные объекты и войска. Как свои, так и чужие, ежели такие получалось обнаружить. И остров Южный ее в этом плане пугал. Взвод, всего один взвод держался в наспех сооруженном деревянном форте при четырех пушках. Очень опасная игра. Пожелай самураи взять его приступом – что им противопоставить? Разве что Софийскую роту, которую с таким трудом удалось сохранить, не раздергав по гарнизонам.

16 апреля 1704 года. Москва

Завершив строительство Соборной площади с главным храмом державы, Петр принялся за свою официальную резиденцию – Кремль. Да и вообще за город в целом. Ведь до того только несколько удаленные кварталы Преображенского, Семеновского и Измайлова были отстроены по-человечески, имея хорошую планировку с толковыми дорогами. Вся же остальная Москва не сильно изменилась. И царь решил с этим что-то делать. Ведь держать столицу такого грандиозного государства в большой деревне было неприлично.

Сказано – сделано.

Тем более что в отличие от более поздних эпох здесь и сейчас можно было развернуться без оглядки на «наследие», ибо никакой культурной ценности у большинства зданий еще не имелось. Как и, к счастью, такого понятия.

– Итак, друзья, – Петр оглядел всех присутствующих. – Перед нами стоит большая задача. Ничего сложнее ни вы, ни я никогда не решали. Москва. В сущности – это деревня. Огромная, густонаселенная, но деревня. И нам нужно превратить ее в блистательную столицу поистине великой державы. – С этими словами царь подошел к стене и откинул ткань, прикрывавшую план будущего города.

– Государь! – воскликнул Меньшиков. – Так ведь получается, что нам нужно всю Москву перестроить!

– Именно так. Причем дома с улицами – полбеды. Куда как важнее и сложнее совсем другие вещи. А именно канализация и водопровод. И задачи эти тесно связаны между собой…

В общем, разговор затянулся. Как обычно. Даже обед Петр велел подавать прямо в залу.

– Слушай, – обратилась к царю Анна, когда все ушли и они смогли немного побыть наедине. – Зачем тебе столь масштабный проект? Какая цель? Мне казалось, что ты всегда поступал рационально… но тут я тебя понять не могу.

– Ты удивишься, но все лежит на поверхности, – улыбнулся Петр.

– В смысле?

– Ну смотри. Первый уровень – для тех, кто послабее умом. Он заключается в создании иллюзии, будто у меня взыграли амбиции и само-мнение. Такие успехи! У иного и от меньшей удачи головокружение может начаться.

– Хм, – усмехнулась Анна. – Признаться, я именно это и подумала.

– Вот. А ведь ты умом не хромаешь. Дальше – больше. Я специально постараюсь выбрать ряд архитектурных проектов так, чтобы у многих подобная мысль была доминирующей. Например, постараюсь превратить Кремль в натуральный сказочный замок.