Чтение онлайн

Наташка, кстати, тоже очень красивая. Но она девица высокая и очень видная собой, в то время, как Оля — хрупкая и изящная девушка обычного среднего роста. Вот не знал, что они подруги. Хотя, раньше его никогда не приглашали на дни рождения ни та, ни другая.

А к Наталье Сёма сам подошел уже в школе на перемене.

— Похоже, нам с тобой придётся дружить, — сказал он, не заморачиваясь вступлением, как будто и без того всё ясно.

— Ты о чём это? — округлила глаза девушка.

— О том, что поломанный нос не лечится жидкостью для протирки лица. И не отпирайся, потому что я тоже ненормальный, что ты легко могла бы заметить и без подсказки.

— На расправу над бедными грабителями намекаешь? Да, ты очень быстрый, — кивнула Натка. — Так где дружить станем? А то перемена сейчас закончится, да и вообще лучше держаться подальше от посторонних ушей.

— Велик у тебя есть?

— Есть.

— Приезжай в наш гараж. Я его как бы буду немножко ремонтировать, ну и потолкуем. Правда, если папа чинит чью-то машину, то уединения не получится, но заранее этого не угадаешь. А как туда добраться, я тебе нарисую и отдам на следующей перемене.

Гараж в этот день оказался свободен. Сёма, как всегда, открыл его своим ключом и переоделся из школьной одежды в рабочую. Вскоре, и Наталья подкатила. Велосипед у неё оказался обычный дорожный харьковского производства — старая добрая машина, но до одури заезженная. Так что заниматься им пришлось не «как бы», а на полном серьёзе. Заодно показал и то, как простым рукоположением восстанавливает поверхность изработавшихся деталей. Перебил клинья в педалях, обновил подшипники, отрегулировал обгонную втулку, подтянул спицы.

— Когда у тебя это началось? — спросила ни капельки не удивившаяся увиденным чудесам девушка.

— В шестом классе. Я тогда мировой рекорд на стометровке побил, сам не понял как. На физрука больно было смотреть.

— Я тоже чуть не спалилась на прыжках в длину, — кивнула Наташа. — А потом осторожничала полгода — вот чувствую, что какая-то ненормальность во мне появилась, но поговорить об этом ни с кем не отважилась — уж очень страшно стало. Особенно после этих жутких фильмов…

Ребята переглянулись и одновременно вздохнули — похоже, обоим пришлось непросто. И сейчас они впервые за, считай, три года имели возможность безбоязненно об этом поговорить.

— Знаешь, а у меня папа с мамой врачи, — с тревогой в голосе призналась девушка. — Они могут о чём-то догадываться. Я иногда ловлю на себе их непонятные взгляды, аж жутко становится.

— Мне тоже неспокойно, — пожал плечами парень. — Папа уже несколько раз мог догадаться, что не всё чисто в моих приёмчиках по починке мозгов иномарок. Он ведь отдаёт себе отчёт в том, что без запасных микросхем фиг что исправишь, будь ты хоть семи пядей во лбу.

— А ты действительно семи пядей? — улыбнулась Наталья.

— Ну, физика, химия и математика у меня здорово продвинуты. И самому интересно, и давались они мне хорошо, в охотку. Я и в электронике неплохо секу и даже собрал компьютер, который подключается к телику. Программирую кое-что для души. Но только дома.

— А у меня тоже химия и ещё биология с географией. Особенно про климат интересно. Погоду чувствую заранее. Видимо, по увлечениям и способности развились. Я любые болезни лечу, если могу сделать это незаметно. Знаешь, на новогоднем вечере всем парням, с которыми танцевала, убрала любые отклонения в здоровье. Мишка Ковтун на другой день без очков появился, а то, сколько его помню, всегда расхаживал с велосипедами на носу. Ирке ожирение убрала — она за полгода четверть веса сбросила, стройняшкой стала.

— Круто! Так, может, мы сможем обменяться своими умениями? То есть — поделиться друг с другом навыками.

— Надо попробовать, — кивнула девчонка. — И ещё у меня есть вопрос — откуда мы с тобой такие ненормальные взялись? Сразу двое, да ещё и в одной школе. И возраст у нас близкий. Ты когда родился?

— Третьего июля.

— И я третьего — ребята уставились друг на друга с раскрытыми ртами.

— Слушай, Наташа! А почему ты сама не отбилась от этих чуваков, Ну, что полезли к тебе? Ты же ничуть не уступаешь мне в скорости, — спросил Сёма после того, как ребята позанимались перебрасыванием гаечными ключами при помощи своей неведомой силы.

— Это было бы совсем неправдоподобно, — смутилась девушка. — И потом я несколько растерялась, потому что они меня застали врасплох. То есть была совсем не готова.

— А ещё хотел спросить — с какой наценкой ты это пиво продаешь? То есть, насколько прибыльно получается?

— Берут у меня ровно двенадцать бутылок, когда выходят с работы. И безо всякой наценки — продаю за столько, сколько это же стоит в магазине.

— Тогда, в чём фокус? В чём выгода?

— На всё, про всё, уходит ровно полчаса, и мне остаются пустые бутылки.

— То есть ты их потом ещё и сдаёшь?

— Нет. Наполняю водой и превращаю её в пиво.

— Понятно. Тогда, получается, совсем неплохой приработок, — Сеня улыбнулся и поведал историю с царским червонцем и вскопанным огородом.

Знакомство получилось весёлым и каким-то очень дружеским — ниточка доверия возникла между парнем и девушкой сразу и крепла буквально с каждым словом. В этом тоже ощущалась некая связь, хотя и непонятная по своей природе. Только прощание немного озадачило.

— Ты с Ольгой перестань ходить вокруг да около, — строгим голосом сказала Наталья. — Она ждёт, не дождётся, когда ты перестанешь вздыхать издалека и пригласишь её куда-нибудь. Если бабок не хватает — я подкину на такое дело.

— Да есть у меня немного, — смутился Сёма. — Я ведь маме не отдал то, что выручил за монету. Просто, покупаю помаленьку продукты. Отец думает, что мать дала, мать — что отец меня финансирует, так что всё шито-крыто. Ну и кое-что пока осталось в кармане. Но только насчёт Ольги я и сам не уверен. Понимаешь, я ведь не влюблён в неё, если по-честному. Просто любуюсь. То есть у меня к ней не чувство, и а чисто умозрительное отношение.