Чтение онлайн

Она рассказала Кисеи и Майклу про пожар, но ни словом не обмолвилась о розах. Зачем? Ни брат, ни подруга все равно ничего не смогут сделать или чем-то помочь. Флер не хотела их волновать. Алексей затеял с ней игру в кошки-мышки в тот момент, когда Белинда появилась в галерее Орлани. Пропажа приглашений на вечеринку стала первым напоминанием о том, как сильно он хочет отомстить Флер. А сегодня днем он снова подтвердил серьезность своих намерений.

Кисеи ткнула ее в бок, заставляя обратить внимание на гостей.

— Видела Майкла и Саймона? — спросила она. — Они даже не обратили никакого внимания друга на друга. Надо же настолько не разбираться в мужчинах! А ведь оба очень сильно выделяются из толпы.

Действительно, огромный бритоголовый Саймон, самый заметный мужчина из гостей, казалось, поговорил уже с каждым, кроме Майкла. А за тем весь вечер, как тень, следовал Дэймон.

— Саймон и Майкл так хороши, — продолжала Кисеи, — что у меня невероятное искушение их свести. Ну просто нет никаких сил удержаться. — Ее глаза блестели.

— Это не наше дело, — покачала головой Флер.

— Ты абсолютно права.

— Майкл не вмешивается в мок) личную жизнь, и я тоже не собираюсь.

— Какая хорошая сестра.

Дэймон что-то сказал Майклу, и тот засмеялся. Флер наклонилась к уху Кисеи:

— А как насчет интимного ужина?

— С восторгом. Да, а разве ты не говорила мне, что пригласила Чарли Кинкэннона? Или мне показалось? — Кисеи пыталась говорить небрежным тоном, но Флер невозможно было обмануть.

— Ага.

— Ну и как? Ты думаешь, он собирается прийти?

— Даже не знаю. Хочешь, спрошу Уилла?

— Да не надо, мне это не так уж важно.

— Неужели?

Кисеи пожала плечами.

— Я думаю, он или гомик, или что-то у него не в порядке…

Флер подняла бровь. Кисеи прекрасно известно, что Чарли Кинкэннон никакой не гомик. Что за игру затеяла ее подруга сама с собой?

— Я слышала, что он встречается с Кристи Бринкли, — небрежно бросила Флер. Конечно, нехорошо так поступать с Лучшей подругой, но это случай особенный. Цель оправдывает средства. Чарли Кинкэннон слишком здорово подходит Кисеи, не важно, понимает это ее подруга или нет.

— Кристи Бринкли! Да она же на целый фут выше его!

— За ученым фасадом Чарли Кинкэннона скрывается весьма самоуверенный мужчина, дорогая. Не думаю, что его когда-нибудь беспокоила собственная внешность.

— О Боже, я лично никогда не считала Кристи привлекательной, — хмыкнула Кисеи.

Флер, совершенно серьезно глядя на подругу, кивнула:

— Страшна как черт.

— Ты думаешь, я это заслужила, да?

— Да, Божья кара, Магнолия.

Кисеи старательно придумывала, что бы поязвительнее выпалить в ответ, но в этот момент Уилл помахал Флер, приглашая подойти к репортерам. Она быстро обняла Кисеи и отправилась позировать перед камерами, отвечать на вопросы об агентстве и о грядущей выставке работ Майкла. Закончив, она направилась к подруге, но вдруг за спиной раздался мужской голос. Это был голос Шона Хауэлла.

— Привет, великолепная! — Он наклонился к ней, но коснулся не щеки, а поцеловал прямо в губы. Флер ощутила, как его язык прижался к ее нижней губе, прежде чем она успела отпрянуть. — Ты не против, что к тебе ввалились двое неприглашенных?

— Слишком поздно быть против. — Флер снова заметила, как сильно не подходит Шону лицо мальчика-подростка: ни сейчас, в двадцать девять лет, ни раньше, в двадцать два. Она слышала, что он, как ни старался, не сумел сделать карьеру. Шон задолжал Главному налоговому управлению четверть миллиона долларов и постоянно искал работу.

— Эй, это же настоящий бизнес, да? — Он водил рукой по ее спине, как парнишка-старшеклассник, желающий проверить, есть ли на девочке лифчик. — Я слышал, ты подбираешь клиентов, а мне как раз нужен новый агент. Может, сговоримся?

— Не думаю. — Флер уже хотела отправиться дальше, пройти мимо него, как вдруг до нее дошел смысл сказанных им слов. — Слушай, Шон, ты говорил о паре вторгшихся без приглашения. А еще-то кто? — Задавая вопрос, она уже со страхом догадалась, об ответе, но всем сердцем надеялась на; ошибку.

Господи, как ей сейчас хотелось ошибиться!

— У тебя в офисе сидит Белинда. Она попросила меня сказать, что ждет тебя.

Только не сегодня, подумала Флер. Хватит на сегодня! Внезапно ей захотелось убежать с собственного праздника. Но разве она могла поддаться подобной слабости?

Белинда стояла спиной к двери, рассматривая литографию Луизы Невельсон, которую Флер купила на доход, полученный от продажи палладия в марте. Стоило Флер увидеть аккуратную прямую спину матери, как слезы обожгли глаза, а острая тоска пронзила сердце. Она вспомнила, как бросалась в объятия Белинды, появлявшейся перед воротами монастыря, как утыкалась лицом в теплый изгиб ее шеи. Белинда была защитницей от монахинь, она говорила, что Флер самый замечательный в мире ребенок…

— Извини, детка, — тихо сказала Белинда, продолжая глядеть на литографию Невельсон. — Я понимаю, ты не хотела меня видеть на своем празднике.

Флер быстро выдвинула кресло и села за стол, желая защититься от нахлынувших болезненных чувств, которые принуждали ее кинуться через комнату и обнять ту, которая когда-то заботилась о ней больше всех на свете.

— Зачем ты пришла?

Белинда повернулась.

— Я пыталась заставить себя не приходить. Удержаться и не приходить.

Мать была в голубоватом костюме, украшенном белой норкой, в атласных туфельках на французском каблучке с бледно-голубыми ленточками, завязанными вокруг щиколоток. Туфли слишком молодежные для женщины сорока пяти лет, но на Белинде они выглядели прекрасно.