Чтение онлайн

– Разумеется, я помню день твоего рождения. – Бобби отбросила со щеки прядь белокурых волос, продемонстрировав перстень с бриллиантом, размером чуть ли не с кубик льда. – Двадцать шестого июня. Я, знаешь ли, при этом присутствовала. Пусть и под наркозом, слава тебе, Господи, но присутствовала.

Официант поставил перед ними закуски, разлил по бокалам охлажденное «шевалье-монтраше» урожая 1976 года.

– И что же мне теперь делать? Я действительно рассчитывала на чек, учитывая развод и все такое.

– Разве ты не получаешь алиментов? – Бобби подняла бокал. – За твое здоровье, дорогая.

– Нет, не получаю. – У Бобби округлились глаза, так что Тайгер поспешила с объяснениями. – Я отказалась от алиментов. Детей у нас с Джеффом не было. Вот…

– Я никогда не считала тебя дурой, – сухо оборвала ее Бобби. – Теперь, похоже, придется признать, что я ошибалась.

– Возможно, мама, но я думала, что у меня достаточно собственных денег.

– Женщине, по определению, не может хватать денег, – вздохнула Бобби. – Кроме того, замуж выходят именно ради алиментов. Именно так можно поквитаться с мужчинами.

– Ладно, после драки кулаками не машут. Вопрос в том, что мне теперь делать?

– Попробуй мой мусс из семги, а потом скоренько найди себе другого мужчину, – ответила Бобби.

Тайгер рассмеялась:

– Это вряд ли. Ничего такого мне как раз и не хочется.

– А чего хочется?

Тайгер задумалась.

– Я хочу стать хозяйкой своей жизни. Для разнообразия.

– И что для этого надо сделать, дорогая?

Тайгер пригубила вино.

– Наверное, для начала найти работу.

– Найти работу? Тайгер, нет более интересной работы, чем поиск нового мужа…

– А лучший способ сделать карьеру – почаще менять работу? – улыбнулась Тайгер.

– Напрасно ты язвишь, дорогая. Но я в любом случае с радостью одолжу тебе денег.

– Спасибо, мама. – Тайгер принялась за копченую форель. – Как только начну работать, сразу отдам.

Бобби покачала головой:

– Ты всегда была упрямицей, Тайгер. Прямо как твой отец. Если что-то вбила в голову, переубедить тебя невозможно.

С первого взгляда она поняла, что ей нужен именно этот мужчина. Но сначала предстояло получить работу. Остальное, полагала она, приложится, во всяком случае, на это можно было рассчитывать. Потому что обычно Тайгер Хейес добивалась того, чего хотела.

– Ваше настоящее имя не Тайгер, не так ли? – Хью Маршалл откинулся на спинку кресла. Ослепительно белые зубы, губы, остающиеся чувственными даже при улыбке. А сейчас он улыбался. Тайгер отвлекла его от подготовки к завтрашнему заседанию совета директоров, которое обещало быть достаточно бурным.

– При рождении меня нарекли Мэри Хиллард. А Тигрицей отец прозвал меня в два года. Он говорил, что у меня яростный темперамент.

– Он не изменился?

Тайгер покачала головой.

– Теперь я не бросаю миски с кашей на пол. Темперамент по-прежнему при мне, но я держу его под контролем.

– Значит… вы ищете работу? – вновь сверкнули в улыбке белые зубы.

– Да. Вы можете мне что-нибудь предложить?

– Возможно… – Загудел аппарат внутренней связи, в кабинет заглянула секретарь. – Извините, я ждал этого звонка.

Тайгер устояла перед искушением поиграть кольцами: боялась показать, что нервничает. Вместо этого огляделась.

Хью Маршалл сидел за великолепным большим резным дубовым столом, пожалуй, слишком громоздким для просторного кабинета президента компании «Келлерко индастриз», занимавшей верхний этаж административного здания. Нынешний конгломерат с этим названием начал свое существование семьдесят лет тому назад с куда более скромного «Келлер коппер компани». Как и стол, Хью Маршалл выглядел великолепно. Недавно он отметил сорокалетие роскошным приемом на своем ранчо в южном Колорадо. Континентальный водораздел [2] проходил через его ранчо площадью в двести тысяч квадратных акров, а поскольку он пригласил двести гостей и деловых партнеров, на каждого пришлось ровно по тысяче акров.

Маршалл мог похвалиться отличным загаром, приобретенным то ли в Колорадо, то ли на пляжах Ист-Хэмптона, Рио, Акапулько, то ли на борту яхты, курсирующей среди островов Карибского моря.

Живое лицо, ярко-синие глаза, уверенность в себе, – наверное, Маршалл прекрасно смотрелся бы не только в кресле президента компании, но и в сенате.

Совершенство, созданное природой, страдало только одним недостатком: когда Маршалл вышел навстречу Тайгер, чтобы поздороваться с ней, она заметила, что он слегка прихрамывает. Она вспомнила об автомобильной аварии, случившейся несколько лет тому назад. Хью Маршалл сидел за рулем. Его жена погибла. Он отделался переломом ноги и последующей хромотой.

Хью Маршалл резко положил трубку на рычаг.

– Извините. Так на чем мы остановились? О да, – лицо расслабилось. – Вы попросили Энди Парриша организовать нашу встречу. Почему вам понадобилась работа?

Энди Парриша, давнего приятеля Тайгер, Хью Маршалл знал по Кентукки: их фермы, где они разводили лошадей, располагались по соседству.

– Я хочу работать. Пора что-то делать самой. Моя жизнь не приносит мне ни малейшего удовлетворения. Что надеть, куда пойти, с кем увидеться – вот самые важные решения, которые мне приходится принимать, – улыбнулась Тайгер. – Не жизнь, а расхожее клише. Этим я уже сыта по горло. И созрела для радикальных перемен.