Армия Солнца
Шрифт:
Чем их меньше – тем лучше.
В какую пропасть способны низвергнуть мир земляне в качестве хозяев космических дорог, они уже продемонстрировали. Второго шанса их прапотомкам никто давать не намерен.
Но вдруг этот громила не простой уголовный авантюрист, а политический экстремист?! Реваншист, вознамерившийся подорвать основы миропорядка, давно и прочно устоявшиеся…
– Ингай синьшоу хэтун! – совсем другим тоном рубанул громила. («К контракту нужно относиться серьезно!»)
В голосе пришельца зазвучал скрежет металла, что крошится под сокрушительными ударами плазменных импульсов боевого скорчера.
Говорить и стоять престарелый эрсер уже не мог. Из последних сил он отрицательно покачал головой и сполз по стенке на земляной пол. Пришелец хмыкнул и пробормотал на спейсамерикане:
– You shouldn’t have business with shiffaitszuo, Seen… Pink lizards take contracts seriosly. Too seriosly! – А бегущая строка дала перевод с космического американского: «С шиффайцзуо ты напрасно связался, Синь… Розовые ящерицы относятся к договорам серьезно. Даже слишком!»
Длинноволосый подбросил на ладони отмычку, проследил взглядом ее полет… убрал руку, и приборчик упал наземь. Тяжелая подошва сапога накрыла его, и от тонкого серебристого «карандашика» осталось лишь размазанное пятно.
Отброшенная куртка меховым комком шмякнулась на труп девочки, прикрыв месиво расплющенного животика…
Следующим резким движением вскинутой ноги белый навсегда избавил желтого от головной боли. Сапог буквально снес с плеч ее средоточие. Пробив хрупкий пластик, голова дряхлого служителя культа Будды оказалась на улице… Громила вытянул ногу из образовавшейся в стене дыры и припечатал окровавленную подошву к земляному полу.
Сверху вниз посмотрел на обезглавленное тело, завалившееся набок. Пожал плечами. Пробормотал что-то на круссе, и по низу экрана скользнул перевод: «Ну извини, дедушка. Ничего личного. Просто такая работа…»
Убийца склонился к трупу, из шеи которого фонтаном хлестала кровь; покопался в складках лохмотьев и добыл вереницу разноцветных кристалликов, нанизанных на нить. Насколько дежурная помнила, это древнее приспособление являлось сокровенной, интимной собственностью своего владельца и называлось «четки».
«Хвала пятому щупальцу Лабис, тому, что управляет сознанием, на память мне жаловаться не приходится!» – удовлетворенно подумала лабистянка.
Она все еще раздумывала: реагировать на события активно? или пассивно отслеживать наемника?.. Запрещенного в пригороде оружия ЭТОМУ зверю явно и не требовалось.
Он развернулся и отправился к выходу. Перешагивая трупы, клеймя пол вереницей печатей смерти. На пороге приостановился. С бесстрастным выражением лица оглядев кровавый результат своего посещения, едва слышно прошептал:
– Забыть не позволяли сны, запомнить будни не давали, среди упрямой тишины метаясь в поисках луны, свое мы солнце потеряли…
На этом же языке смертоносный человек напевал и извинялся. «Громила – наверняка выходец из фэн-клана, что поклоняется круссоязычному божку!» – сделала вывод дежурная и послала экстренный запрос в подкаталог вероисповеданий.
Пригнувшись в низеньком проеме, убийца выбрался в промежуток между хибарами. Выпрямился во весь рост и уже не оглядывался. Оставив еще несколько рифленых отпечатков, возвратился на улочку. Рыжая кошка, таившаяся за большим телом черной женщины, выскочила в дверной проем; скользнула вслед, параллельно последним из цепочки кровавых пятен.
Повернувшись спиной к берегу океана, мужчина шагал в обратную сторону. Направлялся зем к транспортной магистрали, что вела на юг. В космопорт.
Широкая спина отчетливо фиксировалась в «глазах» кошки. Непонятного происхождения, тестированием не идентифицированная, полосатая наводка исчезла. Словно кто-то пытался прощупать и перехватить полицейский канал, а теперь перестал пытаться.
Четкая, насыщенная картинка транслировалась в операторскую и представала перед взором дежурной. Лабистянка совершенно позабыла о прочих фрагментах мозаичного экрана. Наиболее подозрительные в районе события происходили сейчас там, где проходил наемник.
Желтый карлик Династия Тан, или попросту Танди, почти скрылся за горизонтом; напоминая о себе лишь багровым отсветом, расплеснувшимся по небу. В этот закатный час совсем не просматривался желтоватый оттенок, благодаря которому Йеллоу Скайс Парадайз, или попросту Йеспа, получила свое название.
Наполненная нейтральным газом аллатионом, здешняя атмосфера днем насыщала небесную палитру желтизной. Но по утрам и вечерам атмосфера планеты – которую по странному стечению обстоятельств некогда открыли и освоили земляне «желтой» субкультуры – выглядела иначе. Дважды в сутки на несколько минут рассветные и закатные небеса бывшей колонии земной империи делались поразительно похожими на небосвод легендарной прародины всех эрсеров.
Облитая полупрозрачным чешуйчатым слоем «крокодильей кожи», фильтрующей воздух, дежурная операторша районной полицейской станции плотно сжала клюв и раздраженно полиловела, когда ей на ум пришло это сравнение.
Система одиночной звезды Солнце давным-давно стерта с лика Вселенной! Однако среди потомков обитателей планеты Солнце III, распространившихся по космосу как инфекция, до сих пор иногда обнаруживаются подрывные элементы. Индивиды, которые вдруг припоминают, ЧЕМ была Земля. Мир, в котором их предки выползли из океана на сушу, но не ограничились этим, а подняли глаза к небу и впервые обратили к иным звездам свои горящие от жадности взоры.
Некогда Родина была Столицей Сети Миров. Центром космоса! Точкой выхода с координатами 0–0 – 0/0/0! Метрополией блистательнейшей и могущественнейшей ЭрсСтеллы.
Величайшей звездной Империи всех рас и времен…
Созданной самыми жестокими, безжалостными, непредсказуемыми, кровожадными, бессовестными существами, каких только свет видывал. Людьми беспощадными к себе и к другим.
«Но хвала тринадцатому щупальцу Лабис, тому, что управляет течением времен, это было настолько давно, что верится с трудом. Глядя на нынешних, эрсеров, вообще не верится!» – подумала лабистянка. Натура потомков людей Земли ничуть не изменилась, однако теперь их оставалось слишком мало. И они были слишком слабы, чтобы всерьез надеяться возродить былое величие своей ненасытной, как насекомое саранча, расы.