Ариадна
Шрифт:
Машинъ. — Леонидъ-то Александрычъ… какъ непривычный человeкъ, городской. И до бeды недалеко.
Полежаевъ. — Я прилагалъ всe усилiя…
Дарья Михайловна(разсматривая утятъ въ ягдташe мужа). — Это ты настрeлялъ?
Игумновъ. — Му`a.
Полежаевъ. — У меня и ружье дальнобойное, лeвый стволъ чокъ-боръ. Вeроятно, не къ лицу мнe такая стрeльба, что ли…
Игумновъ(хлопаетъ его по плечу). — Ну, чего тамъ. Идемъ переодeваться. А то нагрязнимъ. Да у васъ въ домe и постороннiе.
Полежаевъ. — Можно. Только странно, ты кого за постороннихъ считаешь?
Игумновъ. — Барышня столичная, неудобно. Мы, которые деревенскiе…
Арiадна(подходитъ къ Игумнову). — Передъ Лапинской форснуть хочетъ. Ну, иди. Распускай хвостъ.
Полежаевъ. — Умыться не мeшаетъ.
Уходятъ.
Машинъ. — А ужъ я, если позволите, и такъ посижу. Мнe покамeстъ лошадку запрягаютъ. Домой поспeшаю.
Арiадна. — Оставайтесь обeдать. Обeщалъ нынче генералъ прieхать.
Машинъ. — Занятный человeкъ… оживленный. Да спeшу, вотъ дeло-то какое. Покосъ. Золотое времячко. Жара. (Отираетъ лобъ.) Вы-то какъ разъ въ деревню… къ хорошей погодкe. (Помолчавъ.) А позвольте спросить, Арiадна Николаевна, я слышалъ… будто вы здeсь съ Леонидомъ Александрычемъ на зиму… намeрены поселиться?
Арiадна. — Кто вамъ сказалъ?
Машинъ. — Будто бы… отъ Леонида Александрыча.
Дарья Михайловна. — Я бы рада была!
Арiадна. — Леонидовы вeчныя разглагольствованiя! Деревня, простота жизни, природа… и таетъ. А самъ живо соскучится. (Машину, не безъ рeзкости.) Да, можетъ быть. Можетъ, останемся, можетъ, уeду. Не знаю. О мужe ничего не знаю.
Машинъ. — Конечно, послe столичной тамъ… жизни… театры, и прочее.
Арiадна. — Я ничего не знаю, Иванъ Иванычъ.
Изъ балконной двери входитъ Таня Лапинская, невысокая, худоватая дeвушка. Она съ купанья, въ мохнатомъ халатикe; голова повязана полотенцемъ. Увидeвъ Машина, прiостанавливается.
Лапинская. — Съ утра гости. (Оглядывая свой костюмъ.) Я вонъ въ чемъ. Ар-р-iядна, убираться мнe?
Арiадна. — Иванъ Иванычъ — свой.
Лапинская. — А коли свой, такъ свой. (Длинно протягиваетъ Машину руку.) Мое почтенiе. Нижайшее. Глубокоуважаемому сосeду.
Машинъ. — Да ужъ какъ тово… торжественно.
Лапинская. — Вы хорошiй дяденька. Старичокъ! Вамъ и уваженiе.
Машинъ. — Польщенъ… польщенъ.
Лапинская(Арiаднe). — Писемъ нeтъ?
Арiадна. — А, все любовныя дeла. (Беретъ письмо съ подзеркальника.) Получай.
Лапинская(отходитъ къ окну, рветъ конвертъ). — Ничего не любовныя. Ври на меня.
Арiадна. — Иванъ Иванычъ, а вы часто получаете любовныя письма?
Машинъ(улыбаясь). — Письма… Письма. (Вынимаетъ изъ бокового кармана письмо.) Мнe сосeдъ пишетъ… клевера нeтъ ли на продажу. А ужъ гдe тамъ продажнаго… самому бы убраться, съ покосомъ. Эхе-хе, хозяйство. Тамъ ржи… посeвъ. Время то идетъ… Осенью зайчишекъ пострeляешь.
Дарья Михайловна(улыбаясь). — Съ кeмъ тутъ и романы заводить!
Лапинскаядочитала письмо, спрятала его и, мурлыкая, начинаетъ слегка вальсировать. Приблизившись къ Арiаднe,беретъ ее и пробуетъ изобразить danse de l’ours. Входятъ Полежаевъи Игумновъ, прiодeтые, въ болeе приличномъ видe.
Арiадна(негромко, равнодушно). — Пeтухи пришли.
Лапинская хохочетъ.
Полежаевъ. - Вотъ мы и попали на балетное отдeленiе. Танечкина спецiальность.
Арiадна. — Господинъ Игумновъ, Таня Лапинская, моя прiятельница и гостья, получила сейчасъ подозрительнeйшее письмо, весьма ее развеселившее. Извeщаю васъ.
Игумновъ. — Ну, да чего ужъ тамъ…
Входятъ Генералъ, за нимъ Саламатинъ. Лапинскаяубeгаетъ. Дарья Михайловнаприбираетъ разбросанное, закрываетъ сундукъ.
Арiадна. — А, генералъ. Очень рада. Наконецъ-то, живой человeкъ.
Генералъ(веселый, бодрый, въ тужуркe отставного военнаго). — Не менeе того и я. (Цeлуетъ ей руку.) Какъ изволите здравствовать?
Арiадна. — Благодарю.
Генералъ. — А это, позвольте представить, пасынокъ мой, Алексeй. Алексeй Николаичъ Саламатинъ. (Всe здороваются.) Онъ у меня недавно. Такъ прямо и говоритъ: скучаю, а-ха-ха, вези меня въ гости.
Саламатинъ(молодой человeкъ лeтъ двадцати трехъ, элегантно одeтый). — Да что же мнe, сиднемъ сидeть? Я люблю общество.
Генералъ. — Не договариваетъ, смeю увeрить. Безъ дамъ скучно. Арiадна Николаевна, ручку. (Цeлуетъ ей опять руку). Женщины — лучшее украшенiе вселенной. Леонидъ Александровичъ, не сердитесь. Я въ томъ возрастe, когда не ревнуютъ.
Полежаевъ(улыбаясь). — Все-таки вы не безъ яду, генералъ.
Генералъ. — Мой ядъ выдохся-съ весь, съ годами. Осталось одно доброе расположенiе духа.
Полежаевъ. — У васъ всегда доброе расположенiе. Даже завидно.
Генералъ. — Нормальная, умeренная жизнь, батюшка мой. Mens sana in corpore… а-ха-ха… Деревня, воздухъ, движенiе, хозяйство… хотя, конечно, бываетъ и адски скучно… Рвешься…
Полежаевъ. — Такъ жить — лучше…
Генералъ. — Хозяйничайте! (Беретъ подъ руку и нeсколько отводитъ.) Работайте! Позвольте-съ, да вeдь въ деревнe…
Они разговариваютъ. Съ ними Игумновъи Машинъ. Дарья Михайловнанезамeтно ушла. Арiаднавъ креслe. Саламатинъу стола.
Арiадна(холодно). — Вы студентъ?
Саламатинъ. — Да.
Арiадна. — Учитесь тамъ… чему-нибудь у себя? Ну, въ университетe?