Чтение онлайн

– Он учил меня тому, что знал сам.

– Видимо, нет. Минекая отважный воин, он часто давал нам отпор. Но ничего, сейчас посмотрим, что ты умеешь. Становись в исходную.

Я не стала с ним спорить, потому что уже соскучилась по тренировкам, а сейчас у меня появился шанс забыться и вернуться в прошлое, когда ничего не отвлекало и не терзало душу. Встав в исходную позицию, отвела меч в сторону и приготовилась, Эфин так же встал в стойку.

– Нападай, – он стоял абсолютно спокойно, его рука была опущена, а меч расположился вдоль опорной ноги.

Мы находились в трех метрах друг от друга, но как только я хотела податься вперед и поднять меч, то остановилась, мне вспомнились слова Минекая, он говорил, что не стоит поддаваться провокациям врага, надо ждать, пока ему надоест лицезреть твое бездействие и он первым пойдет в атаку. Я решила последовать его совету и остановилась, возможно, Эфин решил, что глупая самка испугалась, поэтому еще несколько раз повторил свое требование, но я оставалась на месте. Мы стояли, выжидая, что будет делать каждый из нас, однако Эфин произнес в последний раз:

– Если ты сейчас же не сдвинешься с места, то … - но я его перебила.

– То что? Ты с одного размаха отсечешь мне голову? Что ты сделаешь?

Ответа не последовало, Эфин сорвался с места и пошел в мою сторону, после чего поднял меч и остановил его в сантиметре от моей шеи, я же все еще не двигалась.

– Ты будешь сражаться, либо я клянусь, сейчас прольется кровь.

Но я закрыла глаза и прислушалась к своему сердцу, оно билось неспешно, поэтому уловив момент между ударами, резко ушла вниз, села на шпагат, а потом с помощью кувырка отдалилась от него, оставшись стоять на одном колене и ждать его следующего выпада. Эфин довольно улыбнулся и направился ко мне. Мы встретились, скрестив мечи. Он наносил удар за ударом, я же отражала их, но в один прекрасный момент Эфин совершил очередной трюк и тут-то застал меня врасплох, он быстро ушел в бок, оказавшись за моей спиной, после чего в подкате сбил с ног и встал сверху, снова держа меч у шеи. Так закончилась наша первая битва, которая длилась около двадцати минут, но успела вымотать, ведь выносить удары, такого как Эфин, очень сложно. Этот номар смесь силы, скорости и техники, поэтому мои навыки смотрелись смешно рядом с его. Да, и кого я представляла собой? Девчонка, которая видела только то, то ей позволяли видеть, и делала только то, что позволяли делать, я никогда не стояла на поле битвы, никогда по-настоящему не сражалась.

Спустя секунду он убрал меч и протянул мне руку:

– Вставай.

Когда же поднялась, он вытер пот со своего лба и довольно сказал:

– Для первого раза весьма неплохо, хотя ты и обращаешься с мечом, как младенец с погремушкой.

– Что ж. Признаю, ваше мастерство превосходит наше в сотни раз.

– Дело в том, Амена, что если кто-то рожден, чтобы воевать, он должен делать только это и быть лучшим.

– Да. Наверно.

Затем он подошел и положил свою руку мне на бок, где была рана.

– Сильно болело в момент сражения?

– Не знаю, не заметила.

– Значит, не сильно. Это хорошо, плоть срослась. Я устроил этот поединок только для того, чтобы встряхнуть тебя и проверить степень заживления.

– Отлично. Я не истекаю кровью и могу двигаться, – после этого хотела уйти, но он остановил.

– Не думай, что мы на этом закончили. Тебе надо многому научиться, потому что жить среди номаров и быть беззащитной - нельзя.

– Если честно, то среди вас вообще нельзя жить. И еще! Я буду находиться здесь в заточении? Мне нельзя покидать этот клочок земли?

Эфин подошел со спины и аккуратно убрал мои волосы с плеч.

– Всему свое время. А теперь ступай.

Я направилась к колодцу, хотелось умыться и попить, а Эфин собрался, взял под уздцы коня и направился к задним воротам. Когда он вышел за них, я села около колодца и оставалась там практически до самого вечера. Лумея вынесла немного еды и присела рядом:

– Что между вами происходит, Амена? Вчера он быстро вышел от тебя, не оставшись на ночь.

– Между нами ничего не было, он благородно дал мне время на то, чтобы полюбить его, - я засмеялась, - а точнее, подчиниться и признать его власть над собой. Пойми, Лумея, Эфин никого не любит, возможно, никого кроме своего брата, но все же. Он жаждет власти и превосходства, а я никогда не покорюсь ему, в душе. Поэтому может пройти хоть сотня лет, но я все равно не полюблю его и не сдамся. Мой дух отправится к Скайре свободным.

Так потекли дни и ночи. Эфин приходил с утра, и мы шли на тренировку, он без конца объяснял, как правильно держать меч, как уходить от ударов, как идти в атаку и вовремя отступать, показывал множество приемов-ловушек и еще массу всего, а к полудню куда-то уходил через задние ворота. На поле с ним я чувствовала себя свободно, так как делала то, что любила больше всего - сражалась и училась. Мы часто сходились в клинче, и Эфин в такие моменты просто пожирал глазами, я же чувствовала смущение, отчего старалась быстрее высвободиться и нанести ему удар.

Иногда на поле приходил Фарон, он стоял, опершись на ограду, и смотрел на нас, его взгляд выражал лишь недовольство, и только когда я оказывалась на песке от мощного толчка, Фарон улыбался. Его забавляло то, что мне больно или стыдно, потому что Эфин частенько отправлял меня на песок пинком под зад, таким образом, новый учитель вызывал гнев, раззадоривал перед атакой.

В постоянных тренировках прошли три месяца моей жизни в деревне номаров, все это время я ни разу не выходила за пределы ворот. Чувствовала себя птицей в клетке, постепенно сходящей с ума. Каждую ночь снились сады Мазарата, бесчисленные тропы и существа, бегающие по ним, я каждую ночь просыпалась в холодном поту, желая немедленно сбежать из этой тюрьмы, но снова ложилась на подушку, закрывала глаза и очередной раз оказывалась на свободе. В один из дней случилось то, что окончательно переполнило чашу моего терпения.

Проснувшись утром, как всегда ждала Эфина, но он не пришел, поэтому я направилась на поле одна. Как только хотела пройти за ограду, отворились ворота, что ведут в деревню и на пороге появился Фарон, но он был не один. Держа за волосы самку номаров, волочил ее за собой. Она вырывалась и рычала, однако Фарон продолжал тащить ее в направлении своего шатра, а как только они скрылись внутри, то через минуту послышались дикие крики, спустя полчаса он вышвырнул номарку наружу, и она упала на землю. Вся одежда этой женщины была порвана, волосы на голове частично вырваны, из ее носа текла кровь, на ушах также зияли рваные раны. Еле поднявшись, номарка поплелась в сторону ворот, пока она шла, то несколько раз останавливалась и сплевывала кровь. После такого зрелища я хотела вернуться в шатер, но на полпути наткнулась на Фарона. В его глазах появилась ярость, он схватил меня за руку, оттащил в сторону и прошипел сквозь зубы:

– Если хоть слово скажешь Эфину, то это же произойдет и с тобой, – он настолько сильно сжал руку, что она посинела.

– Я не знаю, что у вас там произошло и не желаю этого знать. Отпусти!

– Учти, крианская тварь, я предупреждаю всего один раз. Это мой братец может нянчиться с тобой и развлекать, играя в воинов, а я нет! Запомни! Тебе здесь не рады!

Тогда он отпустил меня и немедленно удалился, а я осталась стоять, погруженная в шок. Не понимая, чего сейчас больше всего хочу, то ли рыдать, то ли бежать со всех ног, направилась в свои покои. Лумея сразу же подошла: